Охота за скальпами

Американцы упражняются в креативности, пытаясь найти смысл в кризисе. 29 октября группа художников устроила настоящее "таяние" экономики, соорудив на Фоли-сквер на Манхеттене ледяную скульптуру в виде слова "экономика" весом 680 кг. Такая инсталляция, по словам одного из организаторов, "метафорически отражает последствия отсутствия контроля над рынками". Однако для многих полное освобождение возможно только другим способом: арестовать и распять в зале суда старейших титанов Уолл-стрит, которые, по мнению общественности, ответственны за устроенный беспредел. В условиях господствующего сегодня политического климата правительство будет вынуждено бросить несколько "денежных мешков" на скамью подсудимых. Только ФБР держит на крючке более двух десятков фирм. Органы, ответственные за урегулирование рынка, генеральный прокурор и министерство юстиции толкаются друг перед другом, чтобы отыскать правонарушение, фильтруя электронную почту и отыскивая "стукачей" в таких фирмах, как Fannie Mae, American International Group и Lehman Brothers. Как минимум 17 бывших исполнительных директоров Lehman, включая Дика Фалда, ждут повестки в суд, чтобы предстать перед судом присяжных.

Следователи, скорее всего, основное внимание уделят раскрытию и стоимости. Директор обанкротившегося энергетического гиганта Enron Кен Лей частично был повинен в том, что делал оптимистичные публичные заявления в то время, когда уже знал, что компания находится в затруднительном положении. Некоторые могут попытаться провести параллель с банком Lehman, который всего за несколько дней до банкротства говорил, что финансовое положение банка "стабильно". Но для того чтобы совершить мошенничество, должна быть преднамеренная цель ввести в заблуждение. Доказать это вопреки разумным сомнениям может оказаться не так-то просто, даже для присяжных, которые не намерены давать толстосумам такое преимущество. Кроме того, безответственное управление рисками, как не прискорбно, не является незаконным. Парадоксально, но в суровых условиях финансового шторма ответчики могут найти поддержку. "Так как размах кризиса увеличился, обвинителям становится все сложнее уличить каждую фирму в мошенничестве", - говорит Роберт Джиуффра из юридической фирмы Sullivan Cromwell.

Более того, доказать, что исполнительные директора умышленно завышали стоимость сложных ценных бумаг, обеспеченных ипотекой, будет нелегко. Обвиненные за несение убытков могут указать на нескончаемые разногласия по поводу правил переоценки на основании текущих рыночных цен, которые недавно были смягчены регулятивными органами. Однако все письма, свидетельствующие о внутренних сомнениях относительно таких переоценок, могут сигнализировать о наличии "дыма", без которого не бывает огня, говорит Мэри Джо Уайт из Debevoise Plimpton, еще одной юридической фирмы. Правовой климат также изменился в пользу корпоративных ответчиков. Некоторые агрессивные тактики, использовавшиеся обвинителями после того, как лопнул пузырь доткомов, были смягчены: например, фирмы могут снова пользоваться правом адвоката не разглашать информацию, полученную от клиента, но при этом власти не будут рассматривать такое поведение как отказ от сотрудничества. Новые правила наказания свидетельствуют о том, что тюремное заключение на 25 лет маловероятно. В гражданском секторе принятие трех постановлений Верховного суда усложнило процесс доказательства мошенничества. Следователям еще придется предъявить четкие доказательства неэтичного поведения, не говоря уже о таких случаях, которые гарантируют долгосрочное пребывание в тюрьме. Им еще придется изрядно постараться - засвидетельствовать повестки в суд, которые только недавно получили аналитики, покрывавшие Lehman, сделать запрос информации, которая могла бы указать на то, что они были введены в заблуждение. Они могут найти грязь, но заставить ее прилипнуть может оказаться сложнее.