Черные списки латвийских банков

В сентябре этого года предприниматель Александр Тараненко, собираясь оплатить коммунальные услуги в интернет-банке, обнаружил, что не может воспользоваться средствами на своем расчетном счете в даугавпилсском филиале Nordea, пишет «Бизнес Балтия». Счет был заблокирован и все наличные или безналичные операции с ним производить запрещалось. Вместо объяснения причин он получил копию официального письма, сообщавшего, что банк закрывает счет и разрывает договорные отношения с клиентом, предлагая для перевода денег предоставить номер расчетного счета, открытого в любом другом латвийском банке. Но с этим возникла новая проблема: открыть счет в ближайших филиалах крупнейших банков отказались.

Экс-клиент Nordea решил, что банк нарушил договорные обязательства, и обратился в Центр по защите прав потребителей. Безрезультатно: там ему заявили, что его отношения с банком не входят в сферу компетенции центра, так как не являются отношением потребителя. И посоветовали обратиться в Комиссию по регулированию финансов и капитала (FKTK). В FKTK, в свою очередь, ему порекомендовали обратиться в другие латвийские кредитные учреждение с просьбой открыть счет. Что он и сделал, в результате получив письменные же отказы без объяснения причин от Rietumu banka, Norvik Bankа, Swedbank, а также Privatbank и SEB, клиентом которых он никогда не был. Банки ссылаются на статьи 1404 и 1427 Гражданского кодекса, согласно которым при заключении сделки необходимо желание всех ее участников.

Кроме того, в FKTK господину Тараненко в качестве выхода посоветовали найти депутата Сейма и выступить с законодательной инициативой о внесении в Закон о кредитных учреждениях Латвийской Республики изменения, которые не позволяли бы банкам своевольничать без решения суда. В Комиссии по правам человека Тараненко заявили, что далеко не впервые сталкиваются с подобным случаем. Якобы в Латвии существует неофициальный список людей, которых банки не хотели бы видеть среди своих клиентов, и число таких персон нон грата уже превысило тысячу. За последний год герой этого рассказа успел обнаружить нескольких собратьев по несчастью среди своих знакомых.

В свою очередь глава Латвийской ассоциации коммерческих банков Теодор Тверийонс не считает, что отказ в открытии и обслуживании счета является свидетельством системных проблем. "Любой банк заинтересован в клиентах — без них никакой бизнес невозможен. Но это не значит, что каждое такое учреждение должно быть готово работать с кем угодно. Все-таки у конкретного банка есть некие критерии, по которым оценивается клиент — существующий или потенциальный. Думаю, если вы сейчас приедете в Швейцарию и попросите открыть счет, могут возникнуть трудности. Но кто скажет, что швейцарская банковская система плоха?" — привел он пример. Что касается отказа в местном кредитном учреждении, то нет проблем пойти в другое. "Если во втором будет то же самое, есть о чем призадуматься, ну а если и в третьем не хотят открывать счет, скорее всего, что-то не так с самим клиентом", — заключил он.

Присяжный адвокат Роланд Бортащенок считает: судя по всему, господин Тараненко подпал под действие закона "О предотвращении финансирования терроризма и легализации средств, добытых преступным путем". Исчерпывающее перечисление признаков подозрительных трансакций содержится в правилах Кабинета министров. И если клиент каким-то образом под них подпадает, банки вольны воздержаться от трансакции или от исполнения определенных дебетных операций. При этом они обязаны известить Службу по предотвращению легализации средств, добытых преступным путем. "Контролирующая служба может начать процесс по признанию средств добытыми нелегально и решить заморозить их на срок до 6 месяцев — говорит Р.Бортащенок, — и не позднее чем через 60 дней с момента приостановки трансакции известить банк, который, в свою очередь, должен известить клиента о решении контролирующей службы, каковой служба именуется в тексте закона. С этого момента клиент имеет право данное решение обжаловать у специально назначенного прокурора".

Некоторые позиции правил странны, если не абсурдны. Подпасть под подозрение может любая сделка. Например, если человек меняет монеты или мелкие купюры на крупные номиналы денежных средств. Разумеется, не всегда это означает, что человек делает что-то противозаконное, но нет гарантии, что такая сделка не покажется банкам или контролирующим органам подозрительной. Впрочем, по закону трансакция не может считаться незаконной, если не доказано преступное деяние, в рамках которого добыты подпавшие под подозрение средства.

Роланд Бортащенок считает, что в случае с Тараненко можно говорить о поражении человека в правах. Если уголовный процесс ведется так долго, возможно, нарушено право человека на рассмотрение уголовного дела в разумные сроки. Следовало бы вообще справиться, в какой процессуальной стадии находится данное дело. Если банк разрывает договор безосновательно, нарушаются также права потребителя, и по этому поводу можно обращаться в гражданский суд. Возможно, затронуто также право клиента на получение информации от банка, но выяснить это можно единственно через судебный процесс: только суд может обязать банк объяснить причины, по которым прекращены договорные отношения, если это не связанно с распоряжением контролирующей службы.

Глава Службы по предотвращению легализации средств, полученных преступным путем, Виестур Бурканс пояснил , что оперативная деятельность иногда начинается задолго до возбуждения дела экономической или уголовной полицией в превентивных целях. Закон "О предотвращении легализации средств, полученных преступным путем, и финансирования терроризма" принят в августе прошлого года, а издан он на основе трех директив Евросоюза, Конвенции Совета Европы № 198 того же года и рекомендаций Международной группы по борьбе с финансовыми злоупотреблениями FATF. Согласно ему служба и гражданин не имеют права связываться друг с другом, банкам тоже запрещено оповещать клиента о том, что предоставили о нем информацию. Однако закрытие счета или замораживание денежных средств на счете клиента не обязательно означает, что он попал в поле действия данного закона. Банк не обязан объяснять причин и в случае, если клиент нарушил внутренние правила кредитного учреждения или договорные обязательства. По мнению Виестура Бурканса, в таком сложном случае клиент может получить информацию, только общаясь с банковским менеджером.

Источник: «Бизнес Балтия»

Autor: dv.ee Istsenko Olga