ДВ: В режиме ручного управления 

ДВ против реализации этой идеи по нескольким причинам. Во-первых, что, собственно, и не скрывается, значительное изменение системы налогообложения задумано для решения одной конкретной и, в общем-то, частной задачи. Частной потому, что проблемы здравоохранения, приведшие к нынешней забастовке, вовсе не сводятся лишь к вопросу оплаты труда, а носят системный характер. Политики же у нас привыкли решать проблемы по мере их поступления, так сказать, в режиме ручного управления. Во-вторых, что, пожалуй, главное, идея обложения соцналогом дивидендов, возможно, и решит указанную выше задачу пополнения Больничной кассы, но породит ряд новых и не менее серьёзных проблем.

Нехватка средств в Больничной кассе, как и средств, поступающих от соцналога в целом, вызвана не только объективными причинами, такими как старение населения, уменьшение количества работающих и, соответственно, ухудшение баланса между работающими и пенсионерами, снижение или, по крайней мере, отсутствие роста зарплат и т.д., но и таким распространённым явлением, как уклонение от уплаты налога. Законодательная дыра, вернее нечёткость формулировок, позволяет предпринимателям, в основном мелким, делать это, не нарушая вроде бы закон - платить себе зарплату в виде дохода собственника, т.е. дивидендов. Таким образом, в результате обложения дивидендов соцналогом вроде бы решается как общая задача борьбы с уклонением от налога, так и частная – пополнение базы Больничной кассы. Идея, кстати, не новая, но так ли всё просто?

Отнюдь. Начать с того, что ведь далеко не все предприниматели выдают зарплату за дивиденды, а значит, платят соцналог со своей действительной зарплаты. Почему же их мести общей метлой? Кроме того, совладельцами очень многих фирм у нас выступают иностранцы, как физические, так и юридические лица, не являющиеся эстонскими резидентами. Их соцналогом не обложишь, что порождает неравенство инвесторов. Правда, иностранцы-нерезиденты и нашими социальными благами не пользуются. При собственниках-юрлицах конечный получатель всё равно физическое лицо, которое вроде бы и можно установить, но которому и уйти от налога, скажем, в оффшор тоже просто. Тут-то и кроется главная опасность, которую может породить реализация высказанной Россом идеи. Она заключается в увеличении непрозрачности бизнеса, в появлении разного рода новых «схем» сокрытия доходов, которые только усугубят и запутают ситуацию, и в результате весь большой замысел окажется нереализуемым.

В ходе возникшей уже дискуссии одни лишь реформисты сказали твёрдое нет. Социал-демократ Эйки Нестор предложил обратиться к опыту Швеции, где закон чётко прописывает, какая часть дивидендов рассматривается не как зарплата, а как доход от предпринимательства – остальное облагается соцналогом. Примерно такой же вариант предложил Маргус Цахкна из IRL, который, в принципе, усматривает в обложении дивидендов соцналогом одну из возможностей получения дополнительных средств для Больничной кассы. Но применять налогообложение, по его идее, надо только к тем, кто ежемесячно платит себе под маркой дивидендов зарплату, но не платит с неё соцналог. В таком случае следует установить и верхнюю границу, например, в размере до средней зарплаты.

Эти компромиссные варианты стоят того, чтобы обратить на них внимание. Но ведь и существующее законодательство, в общем-то, позволяет добиться тех же целей. Закон даёт налоговому ведомству право различать подлинные и мнимые дивиденды, принимать соответствующие решения по «притворным» дивидендам и облагать их соцналогом. Действительно, формулировки закона таковы, что допускают разные толкования. Однако слушать из уст законодателей жалобы на нечёткость закона как-то странно – возьмите и подправьте его, это ведь в вашей власти.

Более подробно читайте в свежем номере газеты "Деловые Ведомости".Льготную подписку можно оформить

ТУТ

Autor: dv. ее