Нас склоняют к девальвации

Далее следует комментарий Эдвард Хью:

Поступающие в последние недели макроэкономические данные Эстонии выглядят по-настоящему шокирующими. Больше всего бросается в глаза даже не падение промпроизводства на 27% в январе, а то, что число официально зарегистрированных безработных достигло к началу марта рекордного уровня в 7,4%.

Но в чём сегодня Эстония не испытывает нужды, так это в предложениях по кредитованию. Недавно Центробанк сообщил, для для поддержки денежного рынка Эстонии их шведские коллеги предоставляют им кредитную линию на 10 млрд. шведских крон. Эстонии же сейчас не нужно всё больших и больших кредитов, требуется работа, производство и экспорт для того, чтобы погасить накопившиеся долги.

Зарплаты и цены снижаются слишком медленно

Эстония имеет дефицит текущего счёта, но в конечном итоге проблема страны не в платёжном балансе и не финансовом кризисе, а конкурентоспособности и способности погасить кредиты.

Показатель дефицита текущего счёта существенно снизился в последнее время, но это за счёт падения импорта на целых 17% в прошлом году. Экспорт тоже упал на 6%.

Я утверждаю, что главная проблема заключается в восстановлении конкурентоспособности. И хотя не все с этим согласны, подчёркиваю, что единственное спасение для Эстонии, это рост экспорта. Учитывая те проблемы с которыми столкнулись банки и ещё столкнутся, глупо мечтать о том, что страна сможет вернуться к росту, основанному на потребительских кредитах. Т.е. единственный способ добиться устойчивого роста – это экспорт. Сказать, что это невозможно…, но это означало бы признать поражение ещё и не начав борьбы. Почему-то я не представляю себе эстонца таким.

Итак, если хотите экспортировать, то должны сравнить себя с Германией. Приведённый ниже график показывает разрыв в конкурентоспособности двух стран, возникший с 1999 г. Хорошим средством для измерения конкурентоспособности является реальный эффективный валютный курс (REER). Этот показатель учитывает не только изменение валютного курса, но и изменения цен и расходов. Рост этого индекса указывает на снижение конкурентоспособности, и на графике видно, что эстонский индекс в последнее время резко вырос.

Если кто-то считает, что сравнение с Германией не уместно, то привожу аналогичный график сравнения с Финляндией. Картина – похожая. Стоит учесть ещё и то, что данных по самому сложному 2008 г. ещё нет.

При этом я привожу только сравнения со странами еврозоны. Мы тут не будем отмечать того факта, что, например в Швеции и Великобритании за последние месяцы ситуация существенно улучшилась. Тоже происходит и других странах Восточной Европы.

План А подразумевает резкое снижение цен и зарплат, так примерно на 20% в период с 2009 г. по 2010 г. И как у нас после этого пойдут дела? До декабря прошлого года (более свежих данных пока нет) они шли не слишком хорошо, поскольку средняя почасовая оплата труда (а этот показатель имеет ключевое значение) вырос в IV квартале прошлого года на 9,9%. А это означает, что к вышеупомянутым 20% нужно добавить ещё десяток процентов. Это, если опираться на данные по REER за 2007 г.

Теперь посмотрим на цены. Здесь ситуация не многим лучше. Хоть и снизилась инфляция в Эстонии в феврале до минимального за 3,5 года уровня, цены всё равно продолжают расти.

Нам нужно, чтобы цены падали в среднем на 10% как в 2009 г., так и в 2010 г. Но никто из аналитиков сейчас такого сценария не ожидает.

Конечно, кто-то скажет, что индекс потребительских цен снижается уже несколько месяцев подряд, но вопрос в том, а достаточно ли быстро идёт этот процесс.

Показатель Core CPI (ценовой индекс без учета стоимости продуктов питания и энергоносителей) стабилизировался. Но мы должны помнить о том, что цены должны упасть на 20%. Соответственно показатель Core CPI должен снизится с декабрьского максимума в 118,37 пунктов до 95 пунктов к декабрю 2010 г.

Ситуация может ещё больше усугубиться, если дефляция случится и в самой еврозоне. Если это произойдет, то на каждый процент снижения ценового индекса в еврозоне Эстония должна будет ответить двумя процентами. К сожалению ситуация такова, что ваши руководители и консультанты не хотят объяснить вам эту суровую реальность.

Между тем нельзя исключать возможность того, что еврозона столкнётся с дефляцией. Приведённые ниже графики это подтверждают.

Розничные продажи резко упали

Для достижения экономического роста и возможности погашения кредита нужно добиться одного из трёх факторов: увеличить расходы госсектора, увеличить экспорт или увеличить расходы частных потребителей. В нынешней ситуации о двух первых факторах не может быть и речи. Правительство усердно сокращает расходы госсектора (так называемый план А). Но при этом и внутреннее потребление стремительно снижается. По последним данным розничные продажи снизились в январе на 10% в годовом исчислении.

Какие есть возможности для восстановления внутреннего спроса? По некоторым оценкам довольно неплохие. Например, аналитики UBS большие надежды возлагают на так называемую конвергенцию, т.е. выравнивание уровня жизни между Западной и Восточной Европой. Они считают, что этот процесс будет продолжаться.

Итак, сделаем ставку на конвергенцию, но вопрос в том, насколько это реально. К сожалению, не очень, поскольку тут не учитывается такой важный фактор, как демография. Проблема всей Восточной Европы в том, что рождаемость падает, а средний возраст не увеличивается. Латвия и Эстония (вместе со Словакией) не только имеют самый низкий показатель ВВП на душу населения, но и самую короткую среднюю продолжительность жизни в ЕС. В Эстонии мужчины в среднем живут 67,16 лет, в Латвии – 66,68 лет, тогда как в Германии этот показатель составляет 76,11 лет, а в Италии – 77,13 лет.

Проще говоря, это означает, что среднестатистический мужчина работает на 10 лет меньше чем немец. И соответственно его вклад в дело погашение госдолга, тоже меньше. Именно поэтому никакая конвергенция работать не будет, и чтобы это понять, не надо быть доктором экономических наук.

Население Эстонии сокращается, и это не удивительно, когда уровень рождаемости составляет лишь 1,4.

В последние годы рождаемость увеличилась, но в период экономического спада этот показатель начинает уменьшаться.

Латвия сообщила, что число новорожденных сократилось в январе на 25% по сравнению с тем же периодом прошлого года, в Эстонии – на 20%.

Конечно, данные одного месяца ещё ничего не показывают, но проблема в том, что это согласуется с теорией.

Нет никакого смысла пытаться сохранить приток капитала в страну, когда население тает как весенний снег.

К сожалению, я не видел, чтобы кто-то из лидеров стран в Европе хотя бы озвучил эту проблему. Здесь есть ещё один неприятный момент, если экономический рост в мире в какой-то момент восстановиться, а в Балтии ситуация будет оставаться сложной, то молодые люди начнут уезжать из страны, тем самым ещё больше усугубляя демографическую проблему.

Так есть план B, или нет?

Конечно, есть, и каждый, независимо от его личного к этому отношению, очень хорошо понимает, что – это девальвация. Конечно, девальвации сопутствуют и обязательства государства и об этом надо думать. Девальвацию нельзя проводить в одиночку, но вы - члены ЕС и можете попросить помощь. Если о помощи не просить, то никто её и не предоставит.

Технически можно сохранить фиксированный курс. Для Эстонии вопрос в том, какой вариант дешевле – сохранение привязки к евро или переход на привязку к другой валюте. Больше всего в вопросе заинтересован Европейский союз. Для кредиторов Западной Европы потери могут оказаться совсем немаленькими, если вы просто позволите лодке утонуть.

Изменения в политике ЕС не происходят за одну ночь, но это вполне может случиться, например, на следующей неделе – вам просто нужно самим проявлять инициативу. Сидеть дома без работы в то время, как государство занимает всё больше и больше денег, не принесёт счастья. Есть и другие возможности, выбор за вами!

Autor: dv.ee Istsenko Olga