Финансовая система как героиновая зависимость

Twitter не является исключением, пишет Тамминг, приводя в пример компанию по созданию интернет-игр Zynga и интернет-компанию Yelp, находящихся в ситуации, сравнимой с положением Twitter. Как такое возможно? – задается вопросом эксперт.

Дело в том, что основой для роста рынка акций в США является не рост продуктивности и производство товаров, а то, что называется количественным смягчением. Подходящим переводом для этого термина, по мнению Тамминга, является «производство денег из воздуха».

В декабре 2012 года Федеральный резерв США (FED) увеличил количество ежемесячно выпускаемых денег с 40 млрд долларов до 85 млрд, чтобы, так сказать, действовать в интересах своих граждан. Оттуда, пишет Тамминг, и начался мнимый экономический успех и возможность для владельцев убыточного бизнеса все же получить прибыль. К сожалению, эти деньги не распределены равномерно между всеми людьми. Нет такого, чтобы каждый месяц жители США получали на свой счет 270 долларов – деньги отошли, прежде всего, банкам, а от них – на рынки акций. Обычные люди до сих пор не почувствовали пользы от всей это «финансовой химии», поскольку она удерживает банковскую систему от краха. Можно добавить, что когда частное лицо печатает деньги без обеспечения, то это подделка, а когда это делает государство – это оживление экономики. Цитируя классиков – что позволено Юпитеру, то не позволено  быку, пишет Тамминг.

Происходящее в банковской и экономической системе можно сравнить с героиновой зависимостью, если считать наркотической дозой каждый выпуск денег без обеспечения. С каждой дозой на рынках акций возникает эйфория, как при потреблении героина. К настоящему моменту эйфория распространилась из банковского сектора на экономических журналистов, которые превозносят прошлогодний рост рынка акций, вместо того чтобы своей головой подумать о причинах роста. Основа эйфории – пребывание на игле, то есть ежемесячная доза количественного смягчения.

Как и в случае с героиновой зависимостью, экономика нуждается во все большей дозе, пишет Тамминнг. Сокращение выпуска денег с 85 миллиардов до 75 миллиардов в месяц является, по его мнению, несущественным.

В качестве побочного эффекта отказа от зависимости экономику может ожидать депрессия. И хотя это оказало бы оздоравливающий эффект, политики и банкиры боятся ее больше всего. Без побочных эффектов от зависимости не избавишься, пишет Тамминг. Это распространяется и на экономику.

И даже когда от зависимости избавляются, возможность для рецидива по-прежнему велика. Это хорошо заметно, если вспомнить экономическую депрессию 1929 года. Хотя она произошла из-за всевозможных изменений в банковской системе, позволявших увеличить количество денег, урока из кризиса извлечено не было. Вместо того, чтобы принять реальность и прекратить излишние траты, был вновь избран путь зависимости.

Вся финансовая история 20 века – это история инфляций и гиперинфляций, прямая причина которых всегда заключалась в выпуске денег без обеспечения, иными словами, в использовании зависимости. Экономисты Стив Х. Ханке и Николас Крус выявили в мировой истории 57 гиперинфляций, из них 56 произошли в 20 веке, и одна – в 18 веке во Франции после революции. За всеми гиперинфляциями скрывалось желание жить не по средствам.