Половина нарвских учителей окажутся под угрозой увольнения

Со следующего учебного года учитель обязан знать язык на уровень B2. Но уже сейчас понятно, что просто уволить всех, кто не сдал на эту категорию, невозможно просто из-за масштаба проблемы: по разным оценкам, B2 нет у 150-190 учителей муниципальных школ Нарвы.

Учителям уже сообщили на педсоветах: те, кто не будет подходить под новые требования, все равно продолжат работу, но по срочным трудовым договорам, и могут быть уволены в любое время, если на замену найдется учитель с нужной категорией эстонского.

Также летом-осенью открываются еще шесть групп для учителей детских садов и школ: две с уровнем В2 и четыре с уровнем С1, добавляет Лариса Дегель.

Но даже те, кто годами ходит на курсы, эстонский язык хорошо не знают. Почему?

Учителя, с которыми пообщались ДВ, считают, что единой и работающей системы преподавания за 30 лет так и не появилось. Результаты очень зависят от квалификации преподавателя курсов.

«У нас практически нет методики. Каждый учитель сам, своим опытом, добивается результатов», – говорит учитель младших классов Светлана.

«Сейчас появились возможности интерактивного изучения, словари, очень много разных программ – раньше этого не было. Мы просто тупо переводили тексты. Какое это изучение языка?» – добавляет она.

Помимо отсутствия методики, учителя указывают и на другую проблему: в Нарве практически нет среды для общения, и эстонский постепенно слабеет.

«Я, естественно, учила эстонский язык, но так как мы живем в Нарве, он забывается. Рождались дети, и я выпадала на полтора года, потом на два года. Потом болели родители – я выпадала. Умерли родители – я выпадала...» – говорит Светлана.

Светлана – педагог с большим стажем, когда-то окончила университет в России с отличием, в Нарве получила титул Учителя года: «Учусь практически всю жизнь. Я вообще из учительской семьи, в профессию пришла не просто так, а действительно по велению сердца. Это был осознанный выбор профессии. Я с отличием окончила Ленинградский университет, окончила университет в Таллинне в 90-х годах, на русском языке».

Последние два года она и ее коллеги три раза в неделю ходят на эстонский язык: «Практически все учат. Но из нашей школы в прошлом году на В1 сдал только один человек, на В2 и С1 – ни одного человека. А учились практически все, у кого нет категории».

Еще одна собеседница ДВ, преподаватель естественных наук Марина говорит, что знания эстонского выветриваются даже у тех, кто обучает сам этому языку: «У нас учителя эстонского языка, у которых есть С1, ходили на экзамены, перепроверяли себя. Они сдали, конечно, но не на 100 баллов – на 70-80. Язык все время нужно поддерживать, а здесь это тяжело».

Физика, химия, география и другие предметы, которые преподает Марина, постепенно переводятся на эстонский язык. Марина родом из Нарвы, но долго жила за границей, и поэтому выучить эстонский еще не успела.

«Просто потому, что нагрузка у учителя очень большая. Ставка, классное руководство, работа с одаренными детьми, проекты какие-то... Когда работаешь, учить язык очень тяжело. Я не считаю себя каким-то глупым человеком, но это пока что нереально», – говорит Марина.

Курсы нужно совмещать с уроками, консультациями, подготовкой к занятиям и семейными заботами, и это еще одно важное препятствие в усвоении языка.

«Ты приходишь домой, ты уже очень устал. А нужно идти на курсы», – заключает Марина.

Учителей – на завод

Большой резонанс среди педагогов вызвало предположение мэра Нарвы Катри Райк, что уволенные учителя могли бы трудиться на строящемся заводе магнитов. Но куда их действительно могли бы взять?

«Я еще пока не искала работу. Я настроилась, что еще целый год у меня будет работа – целый учебный год. А там – будем посмотреть», – говорит учитель физкультуры Елена.

Физкультуру нужно будет преподавать на эстонском, для чего необходима категория С1, но Елена пока учится только на B1. Она уже дважды неудачно сдавала экзамен, но верит, что с третьего раза получится: «Толк есть, я чувствую, что я очень медленно, но повышаю свой уровень». Елена предполагает, что дойти до необходимого уровня С1 она смогла бы как раз к выходу на пенсию: «Смысла я не вижу, но все равно учусь».

«Тренерская работа меня тоже могла бы привлечь, но у тренеров такие же требования – им тоже нужно владеть категорией С1, чтобы работать в этой сфере», – рассуждает Елена о своем будущем

«В Нарве не так много рабочих мест. Я могла бы работать химиком, – предполагает учитель естественных наук Марина. – Моя проблема только в том, что мне нужно доучить язык. Тогда я могу работать в каком-то колледже, институте, на каком-то химическом производстве. У многих учителей очень хорошее базовое образование. Просто к 50 годам трудно перестраиваться, начинать все заново, идти на другое производство».

Марина считает, что учителя пенсионного и предпенсионного возраста сразу уйдут на пенсию (в т.ч. на досрочную), хотя могли бы еще работать в школах. По данным Отдела культуры за прошлый учебный год, в Нарве учителей в возрасте 60 лет и старше – 20,5% в муниципальных школах и 15% – в детских садах.

Учитель русского языка и литературы Оксана считает, что реформу переживут на своих местах молодые учителя, а тяжелее всего придется тем, у кого 20-30 лет учительского стажа. Преподавание ее собственного предмета продолжится на русском языке, но количество часов сократится, работы будет мало.

Учитель младших классов Светлана, наоборот, отмечает, что несколько молодых учителей из ее школы уже переехали в Таллинн, о переезде куда-либо думают и другие коллеги, несколько семей школьников также собираются переезжать за границу:

«Связано ли это с языком? Возможно и нет. Но здесь безнадёга какая-то, честное слово!»

Учителя, рассказавшие свои истории ДВ, в один голос эмоционально говорят, что первые ученики, которые перейдут на обучение на эстонском языке, получат гораздо менее качественное образование. И только спустя многие годы после реформы из школ начнет выходить молодежь хорошо образованная и свободно говорящая на двух языках.

«Сейчас приносят в жертву это поколение, чтобы когда-то потом все наладилось», – рассуждает преподаватель русского и литературы Оксана.

«Кто-нибудь думает, что будет с детьми, которых сейчас пускают под эти политические жернова?» – с дрожью в голосе говорит учительница начальных классов Светлана.

Она по опыту классов языкового погружения говорит, что перевести на эстоноязычное обучение возможно только тех, кто прошел отбор, в том числе потому, что у многих детей логопедические проблемы. По оценке учительницы, в ее классе из 24 человек без ущерба сменить язык обучения смогут около восьми учеников.