Дилемма реформистов: старый слабый или новый сильный союзник

У такого предположения есть основания. О том, что партия «Отечество» серьезно нацелена стать правящей, писалось немало. Разумеется, правящей мечтает стать любая серьезная политическая партия. Речь о том, что «Отечество» явно не намеревается ждать для этого очередных парламентских выборов 2027 года. Войти же в правящую коалицию в результате правительственного кризиса и развала коалиции партия, возглавляющая рейтинговую таблицу политических сил, может позволить себе с любыми подходящими ей партнерами, потому что, в сущности, будет ее формировать. Партия реформ, несмотря на накал критики в адрес правительства, ей вполне подходит.

«Слабым звеном» оказываются социал-демократы, и, хотя «Отечество» не раз уже бывала в одном правящем союзе, однако не на сей раз – слишком велики идейные расхождения по принципиальному для «Отечества» вопросу: о праве российских граждан, постоянно проживающих в Эстонии, быть избирателями на муниципальных выборах. «Отечественники», как известно, категорически за законодательный запрет на участие граждан РФ в выборах, а Социал-демократическая партия не готова лишать их этого записанного в Конституции права. Что не преминул без обиняков отметить председатель партии Урмас Рейнсалу, по мнению которого, правящая коалиция, да и не одна она, оказалась в заложниках у социал-демократов: «Вы идеологически против. Вы этого даже не стесняетесь, вы, так сказать, философски выступаете против этого».

Два других члена коалиции – Партия реформ и «Ээсти 200» – поддерживают запрет, хоть и в менее радикальной форме, а оппозиционная Консервативная народная партия – как раз в радикальной. Против запрета – оппозиционные центристы и входящие в коалицию социал-демократы.

При обычном парламентском голосовании сторонники запретительных мер вне всякого сомнения одержали бы победу. Но это означало бы развал правящей коалиции, и премьер-министр и лидер Партии реформ Кристен Михал просто не может позволить, пока, во всяком случае, вынести вопрос на голосование. Это и имел в виду Рейнсалу, говоря о «заложничестве».

Впрочем, реформисты и сами предпочли бы видеть «Отечество» в рядах союзников, а не противников, причем не только из-за проблемы голосования российских граждан. Социал-демократы, пока их популярность росла, постепенно повышали несогласный голос и позволяли себе «особое мнение» по многим «скрепным» для Партии реформ вопросам. Теперь же рейтинг Социал-демократической партии довольно резко пошел вниз (почему – это уже другой вопрос), и ее присутствие в коалиции, а также мнение ее избирателей для реформистов, конечно, менее важно, чем присутствие «Отечества» и взгляды его электората. Есть, правда, один не очень приятный для Партии реформ момент: кто в случае такого изменения конфигурации правящей коалиции окажется в ней главным?

Если Партия реформ категорически не захочет терять свое главенствующее положение в правящем союзе, то последнее обстоятельство может, конечно, удержать ее от развала коалиции и предпочесть слабого союзника сильному и агрессивному, тем более, что слабый союзник тоже дает необходимое число голосов, а его строптивость будет по мере слабения и при нежелании хлопнуть дверью стремиться к минимуму.

В то же время и сильное «Отечество» может пойти на то, чтобы как-то пощадить самолюбие реформистов. Это, в конце концов, вопрос договоренностей. В любом случае начавшиеся дебаты станут проверкой коалиции на прочность.