Украинка открывает первую кондитерскую в Кохтла-Ярве: «Одни говорят: вау, круто, у нас такого не было, другие – нет, у нас такое не получится»

Оксана Угринчук переехала в Эстонию из Кременчуга летом 2021 года, воссоединившись с мужем, который работает на одном из металлообрабатывающих предприятий в Ида-Вирумаа. Семья приобрела квартиру в городе Кохтла-Ярве. Угринчук по образованию педагог. В Украине она сперва работала учителем, а затем много лет трудилась в торговле, сначала продавцом, а затем управляющей магазинами.

Ещё до переезда в Эстонию женщина стала задумываться о своём деле: «Я человек, который не умеет работать ровно на зарплату. И возникал диссонанс между оплатой труда и тем вкладом, который я вносила», – говорит Угринчук. Вспомнив о своём давнем хобби – выпечке, и пройдя несколько мастер-классов и видеокурсов, Оксана стала готовить десерты на заказ.

Уже в Ида-Вирумаа она получила полноценное образование кондитера, съездила в Италию по программе студенческого обмена и прошла стажировку в кафе. «У меня уже был план: попасть именно в кафе-кондитерскую, поработать, посмотреть на всю внутреннюю кухню... Всё, что нужно, я узнала», – рассказывает Угринчук.

С кафе всё было на уровне идеи или мечты до тех пор, пока я случайно не наткнулась на анонс программы Empowering Women. Я поняла, что это как раз мой шанс. До того идея, конечно, была, но было очень сложно начать: страна другая, другие законы, другие принципы и обычаи. И собрать и структурировать всю эту информацию самому очень сложно.

Сейчас я уже подала бизнес-план по кафе в Кассу по безработице, ожидаю решения.

18 000 евро. Это собственные средства, плюс очень надеюсь, что-то выделит Касса по безработице, и ещё я буду участвовать в краудфандинговой программе. На те средства, что мы соберём с помощью краудфандинговой программы, хочется сделать как раз детский уголок, какие-то дизайнерские решения в зале.

Собственных и привлечённых денег примерно 50/50. То есть вложить своих прилично придётся. Плюс делать ремонт мы будем своими силами. В том числе поучаствуют мои дети, они уже достаточно взрослые, старшей 21, средней 16, все дочки. Исходя из бюджета, сначала это будет 4 столика по 4 места. И месяца через два после открытия будем увеличиваться. Открыться мы надеемся в мае.

Есть и то, и другое. Конечно, люди, у которых есть дети, очень оптимистично настроены. Им хочется чего-то такого, что может немного облегчить их родительство. А ещё основной продукцией в кафе будет круассаны: только что из печки, свежевыпеченные, хрустящие. И многие поддерживают. Говорят: «Вот у нас такого ещё не было. Очень бы хотелось». С такой концепцией, семейной кафе-кондитерской, это будет действительно первое заведение в городе.

Ну и да, есть такие люди, которые говорят, что нет, у нас такое не пойдёт, ничего не получится. Это, как мне кажется, часть менталитета местного, именно регионального. Но ведь всё равно что-то открывается. Многие говорят: «Сейчас промышленность загибается, всё плохо». Но предприятие, на котором работает мой муж, оно тоже начиналось с грантов. А сейчас оно уже успешное, несмотря на то, что недавно работает. Работает, и цены на электроэнергию не мешают. Важно принять (обстоятельства) и действовать.

Да, здесь есть настороженность к новым начинаниям. Но я надеюсь её преодолеть, может быть, собственной харизмой.

Это да, это есть. Но я при написании бизнес-плана закладывала эту цену в стоимость продукции, и более-менее адекватно получается. Я же не открываю это кафе для того, чтобы зарабатывать миллионы.

Знаете, в Кременчуге, когда я ребёнка забирала из детского сада, мы проходили всегда мимо одного кафе – кафе «Львівський круасан». Мы его очень любили, и там всегда было полно людей. И мне показалось, что эта идея стоящая.

Во-первых, они не такие уже приевшиеся, как гамбургеры, скажем. Во-вторых, они могут быть сладкими, а могут быть солеными. В-третьих, с точки зрения именно предпринимателя это очень хорошо. Например, для солёных начинок они выпекаются и лежат без начинки, ждут клиента. Когда приходит клиент, круассан разрезается и наполняется начинками. Если бы он лежал уже с начинкой, срок годности его был бы очень короткий, а так он может и полдня спокойно лежать и быть в том же состоянии, в котором он был только испечён.

Сначала будет двое, это буду я и ещё один человек. Через полгода по плану возьмём ещё двоих, чтобы была сменность. А пока сами – я уже всем сказала дома, что поставим в кафе диванчик раскладной.

Главная трудность – это, в первую очередь, финансы. Я и так стараюсь сократить бюджет до минимума. Хотелось бы развернуться сразу, но приходится поэтапно все планировать и делать.

А ещё время очень быстро бежит, уходит на разнообразные согласования. Бывает сложно выстроить цепочку действий. Скажем, я не могу открыть OÜ до того, как получу помощь от Кассы по безработице. Но если бы я сейчас, например, открыла уже OÜ, я бы могла делать дальнейшие шаги. Одно за другое цепляется, и в итоге для запуска нужно больше времени.

Но это, скорее, задачи. Я не вижу прямо-таки трудностей. Может быть, я оптимист.

Да. Мы же приехали не во время войны, не с ощущением, что будем возвращаться. Многие, приехавшие недавно, вернутся (в Украину). Из тех, с кем я общаюсь, процентов 80 точно. Как только скажут: «Можно», они сразу поедут. Многие именно потому ничего здесь и не принимают. Для них отъезд – это было спонтанное решение.

А мы приняли взвешенное решение переезжать, менять место жительства. Мы, очень любим Украину, но что я, что муж какие-то вот... жители планеты Земля. Решили, что для детей будет лучше здесь.

Во-первых, порядок во всём. Ну, то есть, например, расписание автобуса.

Этого нет в Украине, и тут было поначалу очень приятным сюрпризом – то, что автобус прибывает почти минута в минуту. А с заявленным расписанием в Украине это может быть и 10, и 15 минут, и полчаса разница.

Во-вторых, по крайней мере для меня видится так, что в Эстонии более-менее равные возможности для всех. В Украине мне было бы в 10 раз сложнее начать этот же бизнес с теми же инвестициями, потому что там очень много невидимых нюансов.

Для того, чтобы в городе открыть кафе, нужно было бы очень много связей завести, какие-то договорённости… а я этого прям вообще не приемлю. Я люблю, чтоб всё было по правилам: вот такие правила есть, и я им следую. И здесь я понимаю, что если я вот это вот выполню, у меня будет вот такой результат, а в Украине с этим пока очень сложно. То есть ты не знаешь, какой результат будет, потому что очень много нужно выполнить дополнительных каких-то условий на самом деле.

А третье – это, наверное, размеренность жизни. И есть, кстати, то, что я и в Эстонию из Украины бы привнесла!

Очень не хватает молниеносного украинского сервиса. То есть, например, здесь мы заказывали окно домой. Заказали сегодня, а получим через почти два месяца. В Украине это было бы исполнено в течение недели, может быть даже быстрее – настолько сильно влияет большая конкуренция. Там, если я заказываю что-то в интернет-магазине, мне оно вечером уже придёт. И это во время войны!

Я сейчас много всего заказываю в Украине, оно приходит родителям. Мы дружим с эстонскими волонтёрами, они как раз у моих родителей обычно ночуют, когда едут в Харьков или Бахмут. И туда мы передаём одни вещи, а обратно они могут взять какую-то посылку для нас. Я там заказываю чашки, например, для кафе. И сегодня я заказала утром, а на следующий день они уже у родителей в селе.

Или, скажем, нужны определённые формы для выпечки из нержавейки. И есть в Facebook у меня в друзьях мужчина, который их делает для кондитеров. Я ему написала первый раз, никогда ещё с ним не работала: описала форму, прислала фотографию и указала размеры. Через три с половиной часа она была готова уже. А вечером он очень извинялся, что не смог её отправить в тот же день. Я ему пишу - да не переживайте, ко мне она в лучшем случае в течение месяца попадёт!

Здесь немножко не хватает этого. Нужно долго ждать, рассчитывать, что должно пройти время.

Нужно что-то, что вселяло бы людям уверенность в себе. Мне кажется, вот эти новости постоянные – «Вы в Ида-Вирумаа хуже всех, там то хуже, это хуже, этот показатель ниже всего» – эти новости людей демотивируют очень сильно. Люди это читают, смотрят, и у них растёт лишь уверенность в том, что не стоит никакого дела начинать. Всё плохо же.

Плюс, мотивировать молодёжь оставаться здесь. Более-менее активные молодые люди всё же стремятся уехать либо в Таллинн, либо ещё куда-то.

Создавать программы, возможно, наподобие той, которую я проходила. Они очень помогают утвердиться в мысли, что то, что ты делаешь, правильно, и оно получится.