Серп и молот и звезда: за избавление от советской символики платить некому

«Займитесь лучше тем, как людям выживать, а не тем, как сносить пятиконечную звезду с башни», – советует законодателям член правления квартирного товарищества знаменитого дома со звездой на шпиле Лило Устаал. Здание на Тартуском шоссе, 24 может попасть под действие новых правил, если предложенный минюстом пакет поправок будет одобрен Рийгикогу (пока только внесен и вряд ли успеет пройти чтения в 2022 году).

Минюст предлагает избавить Эстонию от символики, «разжигающей вражду» и «восхваляющей российскую агрессию», в том числе времен оккупации.

По проекту, ограничения будут действовать на новые здания и сооружения (их проверят во время получения разрешения на строительство, как и на соответствие прочим требованиям строительного кодекса), а также «задним числом» – на уже построенные объекты.

Старые здания с оккупационной символикой будут оценены отдельно, вовсе не обязательно всю ее должны будут убрать.

«Новые требования закона не означают, что все здания с символикой эпохи оккупации и строения или их части будут автоматически подлежать сносу (например, если некоторые исторические здания имеют характерный для оккупационного режима символ, но он не поддерживает и не оправдывает оккупацию). Каждый объект должен быть оценен с учетом критериев, добавленных новым требованием, по существу и отдельно», – говорится в пояснительной записке.

Оценивать будет специальная комиссия, ее состав в проекте не уточняется (кроме того, что в ней должен быть представитель Совета по охране культурного наследия). Если окажется, что символика все-таки поддерживает и оправдывает оккупацию, то у владельца (рассмотрят все здания – государственные, муниципальные и частные) будет 3 месяца на то, чтобы как-то ее скрыть. Полный снос – крайняя мера, отмечают законодатели.

Чтобы переделать охраняемые законом сооружения, нужно будет согласие органов охраны памятников, заявила министр юстиции Леа Данилсон-Ярг. Впрочем, пока охрана памятников не работает. Так, на острове Хийумаа в конце октября был демонтирован «Каменный Юри» – монумент «Героям оборонительных боев за Хийумаа 41-го года», имеющий статус ценного объекта искусства. По решению местной управы, монумент перенесли в музей. Каким будет компромисс для стационарных объектов – в том числе частей зданий, из законопроекта не понятно.

Следить за всем будет минюст (в крайних случаях с помощью полиции), а отвечать перед ним – муниципалитеты.

Кто будет финансировать работы по реставрации (ведь речь скорее всего пойдет об архитектурных памятниках), в документах минюста не говорится. В записке сказано только, что деньги из бюджета понадобятся, но без указания конкретной суммы. На прямой вопрос об этом министерство не ответило ДВ.

Если нужно будет реставрировать за свой счет, то как выкроить средства, тем более в установленный трехмесячный срок, не знают даже те, кто не прочь расстаться с символикой.

«Сложилась ситуация, когда зал театра, представляющего эстонскую нацию, украшает произведение, выполненное как явный идеологический заказ и содержащее символику, под которой происходило уничтожение эстонского государства и его граждан, и под которой сегодня происходит агрессия против украинского государства», – переживает генеральный директор Национальной оперы «Эстония» Отт Маатен.

«Эстония» была обращена в руины советской бомбардировкой Таллинна в марте 1944 года, а затем восстановлена под руководством Алара Котли. Потолок зрительного зала был расписан в стиле социалистического реализма. Его украсили не только фигурами рабочих и крестьян, но и советских солдат под красным знаменем. Один из авторов плафона – классик эстонской живописи Эвальд Окас.

Денег, которые можно было бы прямо сейчас потратить на устранение советской символики, у оперы нет. Нет и возможностей для закрытия зала на ремонт или переоборудование, если отпущенные три месяца придутся на разгар театрального сезона. «Странная ситуация», – говорит Маатен.

Едва ли не самое знаменитое здание Таллинна с советской символикой – жилой дом завода «Двигатель» на Тартуском шоссе, 24, прямо напротив универмага Stockmann, с него мы начали рассказ. Шпиль постройки украшает пятиконечная звезда в окружении лаврового венка победы.

Управляющее домом квартирное товарищество следит за судьбой законопроекта, опасаясь худшего. «Для этого выйдут отдельные списки – и никто не знает, что в них будет. Если окажемся в списках, тогда и подумаем», – раздраженно замечает Лило Устаал. Впрочем, она продолжает рассуждать: «Нельзя просто взять и убрать одну из деталей. Я бы еще поняла, если бы был нарисован пулемет или след от бомбы. Но когда речь идет о звезде, мы что, должны клавиатуры переделывать? Нельзя сходить с ума. Думаю, что вещей, которые надо убирать, в разы больше, чем эта звезда на вершине здания. Есть вещи, которые значительно важнее, чем то, что какое-то здание в центре города стало для всех бельмом на глазу».

У квартирного товарищества тоже нет денег на демонтаж.

Под формулировку «оправдывает оккупационный режим» явно подпадает и оформление здания Центра русской культуры на Мере пуйестеэ, 5. Он был воздвигнут в 1948 году как дом Офицеров флота. Здание богато украшено лепниной: в том числе здесь можно видеть портреты советских вождей, 14 барельефов на тему подвигов и тыловой жизни советских армии и флота, а также гербы СССР.

В Центре пока скупо комментируют влияние нового законопроекта на внешний вид здания, подчеркивая, что конкретные решения будет принимать не само учреждение культуры, а городские власти Таллинна, которым оно подчиняется. «Позиция у нас только одна: все должно быть в рамках закона», – отмечает директор Центра русской культуры Эдуард Тооман.

Проект уже получил негативные отзывы от Союза художников, историков, а также вызвал критику со стороны Союза эстонских городов и самоуправлений. Волнение последних особенно понятно – финансировать демонтаж, реставрацию или снос предлагается из местных бюджетов.

Новые обязанности без дополнительного финансирования нарушают права местных самоуправлений на финансовые гарантии, подчеркивают они. Тем более, что местным властям придется не только найти источники финансирования, но и провести сами работы в течение трех месяцев.

Минюст отвечает, что эти затраты возможно будут частично компенсированы из государственного бюджета. Сроки и механизм этой компенсации пока детально не прописаны.