Admiral Markets: послужит ли экономическая ситуация в Швеции уроком для США?

Любому, кто обращал внимания на ухудшающуюся финансовую ситуацию в США, случай в Швеции покажется очень знакомым. Сначала были долгие годы экономической экспансии: доходы росли, и, казалось, хорошие времена никогда не закончатся. Однако в период процветания были посеяны семена будущего шведского кризиса. Повсеместное дерегулулирование кредитных рынков в 1985 году познакомила банкиров с новыми клиентами, продуктами и рынками, которые ни они сами, ни законодатели до конца не понимали. "Наблюдательные органы не были готовы к новым условиям, которые возникли после дерегулирования кредитного рынка. Это означало, что в течение 1980-х могли выдавать кредиты на сомнительных и, порой, совершенно ненадежных основаниях без вмешательства контролирующих органов", писал Урбан Бэкстром, бывший чиновник из министерства финансов. Большая часть потока новых займов обрушилась на перегретый рынок недвижимости, где цены на коммерческую недвижимость выросли больше чем в два раза во второй половине 1980-х. Первые проблемы появились среди финансовых организаций, которые обладали приличным объемом таких инвестиций. В сентябре 1990 года компания под названием Nyckeln - известная как "Ключ" ("The Key") прекратила свое существование после того, как не смогла возобновить свое финансирование.

Большинство финансовых компаний находились в руках крупных банков, занимающих доминирующее положение в шведской экономике. Такие компании, как Nyckeln, финансировали свои операции за счет ценных бумаг нового типа - коммерческих бумаг под названием marknadsbevis, которые обладали банковской гарантией. Когда Nyckeln обанкротился, рынок для таких ценных бумаг вдруг рухнул, и убытки рикошетом отразились в балансовых отчетах банков, так же как и американские банки в наши дни пострадали от потерь по сложным финансовым инструментам, которые они вывели из своих балансов. "Существует разительное сходство с тем, что происходит сейчас", говорит Стаффан Виотти, главный советник главы ЦБ Швеции. В 1991 году экономика впервые за 10 лет пошла на спад, затем продолжила падать в 1992 и 1993 годах. Безработица резко подскочила с 1.6% в 1990 до 12% в 1993. Опасаясь, что развал банковского сектора навредит всей экономике, шведское правительство в сентябре 1992 года выпустило общую гарантию всех банковских обязательств. Вкладчики, кредиторы и торговые партнеры - все должны были быть защищены от убытков. Но чтобы в будущем избежать соблазнительного финансового риска, акционерам пришлось пострадать. В обмен на государственные деньги правительство получило доли в собственном капитале банков, в то время как доли существующих собственников сократились.

За гроши

Решительные действия правительства привели к тому, что восстановление было таким же резким, как и предшествующий ему кризис. В 1994 и 1995 годовой рост экономики составлял почти 4%. Срочная банковская гарантия была ликвидирована в 1996 году и заменена системой депозитного страхования, аналогичной Federal Deposit Insurance Corp. в США. Уверенное разрешение кризиса в Швеции вызвало шквал аплодисментов среди экономистов, включая действующего тогда председателя ФРС Алана Гринспена, который сказал в 1991 году, что "безотлагательное решение имеет положительный эффект". Существуют различия между шведской и американской ситуациями. Швеция - это, в конце концов, маленькая страна. Годовая производительность всей экономики приравнивается к 10-дневной активности в США. Проблемы Швеции также были преувеличены особенностями системы налогообложения и неблагоразумной защитой фиксированного валютного курса. Это привело к тому, что власти быстро увеличили процентные ставки овернайт до убийственного для коммерческого сектора уровня в 500%. Сегодняшние финансовые проблемы США также беспрецедентны по своей сложности. Текущий кризис не ограничен коммерческими банками и традиционными практиками кредитования. Главную роль сегодня играют инвестиционные банки и инструменты, которые даже не существовали в начале 1990-х: свопы на дефолты по кредитам, облигации, обеспеченные долговыми обязательствами и структурные инвестиционные инструменты. И все же некоторые отмечают наличие признаков того, что США уже применяют уроки, полученные Швецией. В качестве главного примера Андерс Аслунд, шведский экономист Peterson Institute for International Economics в Вашингтоне, указывает на продажу инвестиционного банка Bear Stearns банку JPMorgan Chase. Сделка, поддержанная ФРС, помогла избежать риска того, что банкротство Bear Stearns могло увлечь за собой другие финансовые институты.

Расплата

"Ситуация с Bear Stearns словно сошла со страниц учебника о том, как Швеция справилась с банковским кризисом", говорит он. Эдвард Кейн, профессор финансов из Boston College, говорит, что решение ФРС помочь продаже Bear Stearns, стало первым признаком того, что правительство поглощает финансовую систему. "Они безоговорочно предоставили гарантии таким фирмам в любом количестве. Этот процесс носит название национализации. Он неявный и непризнанный", говорит Кейн, который работал консультантом для ФРС, Международного Валютного Фонда и иностранных центральных банков. Такая гарантия делает правительство совладельцем крупнейших финансовых институтов страны. В Швеции, к примеру, в пик кризиса, правительство управляло 22% всей банковской системы. Когда кризис спал, и банки снова начали приносить доходы, шведские налогоплательщики разделили прибыль. Кейн говорит, что американское правительство должно воспользоваться примером Швеции и выпустить официальную гарантию финансовых институтов страны, чтобы налогоплательщики могли получить выгоду от восстановления. Несмотря на то, что экономика возобновила рост, Швеция продолжает платить за свое прежнее расточительство. Во времена 1990-х безработица держалась на уровнях до кризиса, а шведское правительство, которое до этого в 1980-х управляло профицитом, семь лет подряд переживало дефицит бюджета. Относительно высокий уровень жизни Швеции также пострадал. Швеция по уровню дохода на душу населения в 1970 году занимала третье место в Организации Европейского Содружества и Развития (состоящей из 30 стран), уступая только США и Швейцарии. К 1991 году она упала на 14 место, где и остается по сей день. Профессор Гарвардского Университета Кеннет Рогофф говорит, что цена регулирования проблем в финансовой системе США будет такой же высокой, как и в Швеции. А, возможно, и даже выше.

Admiral Markets по материалам The USA TODAY

Autor: Admiral Markets