• Поделиться:
    Внимание! Эта статья была опубликована более 5 лет назад и относится к цифровому архиву издания. Издание не обновляет архивированное содержание, поэтому, возможно, вам стоит ознакомиться с более свежими источниками.

    Дефицит при капитализме реальность

    Пару недель назад с прилавков магазинов иcчезло сливочное масло. ДВ решили узнать, почему.

    У нас нет войны, фермеры не перестали доить коров и не свезли их в массовом порядке на бойню, как это случилось лет десять назад. Все молочные комбинаты продолжали свою работу, но, тем не менее, стало резко не хватать сливочного масла. Кроме того, при нынешнем строе общества и производители, и торговые организации имеют договоры друг с другом, которые должны по идее обеспечить бесперебойные поставки. В чём же дело?
    «Причина отнюдь не в том, что производители не смогли удовлетворить спрос», - говорит Айвар Хяэлм, исполнительный директор Polva Piim Tootmine OU.
    Хяэлм утверждает, что сначала производители предлагали торговцам пересмотреть условия договоров, с тем чтобы сети брали масло по новым, более высоким ценам. Но торговцы отказались, и договоры утратили силу. А производители быстро переориентировались на внешние рынки.
    «В том, что масло пропало с полок магазинов, виноваты торговые сети», - считает директор Пылваского комбината.
    По словам Хяэлма, раньше такая ситуация была бы невозможна, потому что предложение молочных продуктов в Европе было избыточное, соответственно - цены более низкие. «В тех условиях сети привыкли диктовать производителям цены, т.к. производителю больше некуда было сбывать продукцию, а магазины всегда могли найти ей замену. Теперь же ситуация изменилась, однако мышление у посредников осталось прежним. Мы готовы снабжать местных потребителей бесперебойно, просто из-за глобального дефицита молочных продуктов рыночная цена на них стала другой. В отличие от местных, зарубежных посредников и потребителей наша цена устраивает», - говорит Хяэлм.
    Вдобавок к вышесказанному, директор Rakvere Piim AS Яанус Виханд говорит, что договориться о поднятии цен в торговых точках со дня невозможно. Обычно договоры предусматривают некоторое время – 10-20 дней – на обсуждение и согласование изменения цен.
    Представители торговых сетей оказались менее словоохотливы, когда речь зашла об исчезновении масла. По их высказываниям, проблем с маслом вообще не было. Руководитель по связям с общественностью Эстонского центрального союза потребительских объединений (ETK) Регина Аасуметс отметила, что о возможных проблемах с поставками они знали заранее, а в магазинах ETK в Таллинне и Тарту перебоев в поставках масла не было.
    По словам председателя правления Rimi Eesti Food AS Рутт Лаатре у неё пока нет информации о том, сколько продукции они недополучили, поэтому она не может точно сказать, какие именно будут, и будут ли вообще, применены санкции к производителям.
    Также и другие собеседники ДВ, как со стороны производителей, так и торговцев сомневаются в том, что какие-либо санкции за исчезновение масла будут применены. А вопрос «Теперь так дальше и будет, что любые продукты могут вдруг с прилавков исчезнуть?» остался без ответа.
    Autor: Владимир Полежаев
    Поделиться:
  • Самое читаемое

Таавет Хинрикус инвестировал в стартап бывших сотрудников
Стартап Lightyear, основанный двумя бывшими сотрудниками Wise, привлек 10 млн долларов, пишет
Стартап Lightyear, основанный двумя бывшими сотрудниками Wise, привлек 10 млн долларов, пишет
Местные выборы: сохранят ли центристы власть в Таллинне?
Расхожая истина о том, что местные выборы – это о дорогах и канализации в отличие от парламентских, которые о государстве и большой политике, родилась, конечно, не на пустом месте, но верна лишь отчасти, потому что описывает то, как следовало бы быть и хотелось бы, а не как бывает на самом деле, пишет политический обозреватель ДВ Эльконд Либман.
Расхожая истина о том, что местные выборы – это о дорогах и канализации в отличие от парламентских, которые о государстве и большой политике, родилась, конечно, не на пустом месте, но верна лишь отчасти, потому что описывает то, как следовало бы быть и хотелось бы, а не как бывает на самом деле, пишет политический обозреватель ДВ Эльконд Либман.