Убить двух зайцев: каковы политические интересы Турции в российско-украинской войне?

Архитектура нынешних российско-турецких отношений начала формироваться еще во времена позднего СССР, хотя их часто описывают через «дружбу» Владимира Путина и Реджепа Тайипа Эрдогана: в 2019 году посольство России в Турции даже решило устроить свою версию флешмоба 10yearschallenge — и опубликовало фотографии двух лидеров вместе на протяжении многих лет. В 1984 году СССР и Турция подписали первое соглашение о поставках природного газа из СССР в Турецкую Республику сроком на 25 лет. Первый контракт по нему был заключен в 1986 году, советский (а потом и российский) газ стал поступать в Турцию по Трансбалканскому газопроводу с 1988-го. Поставки через него прекратились только в 2020 году, когда открылся «Турецкий поток».

В 1997 году во время визита Виктора Черномырдина (тогда премьер-министра России) в Турцию было заключено соглашение о сооружении газопровода «Голубой поток» — совместный проект турецкой компании Botaş, «Газпрома» и итальянской Eni, которая в марте 2022 года объявила о намерении продать свою долю в 50% в «Голубом потоке». Газопровод был проложен по дну Черного моря, соединяя российское черноморское побережье с азиатской частью Турции, и заработал в 2003 году. За первые 15 лет эксплуатации по нему из России в Турцию было доставлено более 158 миллиардов кубометров газа. В 2021 году — 15,98 миллиарда кубометров. 8 января 2020 года состоялось открытие еще одного магистрального газопровода — «Турецкий поток», пущенного в обход Украины.

На 2019 год более 50% турецкого газового импорта приходилось на Россию. В 2021 году этот показатель составил уже 45%, и турецкое правительство планирует планомерно снижать эту цифру. Среди других крупных экспортеров газа в Турцию — Азербайджан, Алжир, Нигерия, Катар, Иран, но пока Россия в этом списке опережает всех с большим отрывом.

А вот в турецком импорте нефти Россия занимает второе место (после Ирака) и обеспечивает 17% поставок (и до 40% поставок бензина). Заместитель министра энергетики и природных ресурсов Турции Алпарслан Байрактар уже выразил обеспокоенность тем, что санкции против России приведут к ухудшению экономической ситуации во всем ближневосточном регионе и что замену российской нефти непросто будет найти (и произойдет это не быстро).

Тем не менее, как отмечает эксперт Финансового университета и Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков, пока Турция благополучно — и очень выгодно — закупает у России нефть и газ. «Пока введенные санкции никак не ограничивают торговлю Турции и России. Для Турции российские поставки сейчас одни из наиболее выгодных, потому что стоимость газа привязана к стоимости нефти. Поэтому получается, что если на спотовых рынках Турция может купить газ, тот же самый СПГ (сжиженный природный газ, — прим. „Медузы“), больше чем за 1000 долларов за 1000 кубов, то российский газ ей обходится дешевле 1000 долларов, то есть порядка 800–900 долларов за 1000 кубов. Поэтому Турция активно отбирает газ именно по контрактам с „Газпромом“. Никаких ограничений в этом плане нет, покупать газ, нефть и уголь у России не запрещено. Вопрос в том, как за газ рассчитываться, но я думаю, что здесь у Турции тоже особых сложностей нет. Поэтому она в этом плане не пострадала». Наоборот, считает эксперт, она выигрывает от того, что сохраняет контакты с Россией и не вводит против России санкции — например, потому что теперь часть западных товаров Россия вынуждена будет заменить товарами турецкого производства.

Из всех стран, которые продолжают сотрудничество с Россией — в первую очередь это Китай и Индия, — у Турции есть неоспоримое преимущество: география. Она не просто метафорический мост между Россией и Европой, а вполне буквальный. Игорь Юшков считает, что «Турция становится и транспортным хабом, и, возможно, перегрузочной площадкой для параллельного импорта в Россию, то есть через нее будет идти определенное количество товаров и продавцы этих товаров будут закрывать глаза на то, куда попадает их продукция через Турцию. Соответственно, Турция будет с удовольствием перепродавать все это».

Будет ли это касаться перепродажи российских энергоносителей в Европу? Это упирается в пропускную способность турецкой газотранспортной системы. Юшков поясняет: «Из Турции в Европу идет вторая нить „Турецкого потока“, пропускная способность которой 15,75 миллиарда кубометров. Но в прошлом году Россия только в Европу поставила 150 миллиардов „кубов“ (175 миллиардов кубометров, если считать и Турцию тоже, — прим. „Медузы“). Есть еще Трансбалканский газопровод из Турции в Болгарию, Румынию и Украину, но опять же — всю Европу через него не запитаешь. Если введут запрет на импорт российской нефти, то через Турцию могут пойти определенные объемы. Но Россия в этом не заинтересована, потому что, если введут санкции против российских углеводородов, Россия будет заинтересована в том, чтобы „сушить“ рынок, то есть формировать определенный дефицит, чтобы заставить Европу сесть за стол переговоров».

На фоне разговоров о необходимости поиска альтернативных поставщиков нефти и газа вновь зашла речь о возможном сооружении газопровода из Турции в Израиль, у которого с Турцией традиционно не самые простые отношения. Однако США в лице заместителя госсекретаря Виктории Нуланд уже в довольно категоричной форме выразили свой скепсис в адрес этого проекта: «У нас нет таких денег и 10 лет. К тому же через 10 лет мы бы хотели перейти на более технологичные виды энергии».