Эльконд Либман • 17 июля 2018 • 4 мин
Поделиться:

Unknown body type: x-im/teasercontainer

Трамп и Путин – разнояйцевые близнецы

Договорились ли о чём-то конкретном, чего мы не знаем, или нет Владимир Путин и Дональд Трамп в Хельсинки, пожалуй, не столь уж и важно, важно, что в президентской резиденции столицы Финляндии встретились два лидера с практическим одинаковым, несмотря на межгосударственные разногласия, мировоззрением. Во всяком случае, очень схожим.

Эльконд Либман
Эльконд Либман  Фото: Scanpix

Скорее всего, ни о чём Путин с Трампом и не договаривались, а зондировали почву личных отношений. Как они вели себя во время встречи с глазу на глаз, в присутствии одних лишь переводчиков, мы узнаем только в том случае, если кто-то из них проговорится. Но на последовавшей затем пресс-конференции Путин выглядел намного убедительнее Трампа. Умелый демагог, он легко обставил шоумена, который в основном только комплиментарно поддакивал и произносил громкие банальности («Ещё четыре часа назад у нас были самые плохие за всю историю отношения, но сейчас всё изменилось»), а когда Путин устроил свой трюк с футбольным мячом и вовсе потерял дар речи. Так что радостное настроение Путина и его окружения (Сергея Лаврова, например) после хельсинкского саммита очень даже понятно, как и вал критики, который обрушили на Трампа американские и европейские СМИ. Путин ехал в Хельсинки, чтобы вернуть себе место среди мировых лидеров, и ему удалось сделать шаг в этом направлении. Трамп отправился к финским берегам, помня о сингапурской встрече с Ким Чен Ыном, чтобы лишний раз убедить себя и мир в своём непревзойдённом, по его собственному мнению, мастерстве легко вести переговоры с самыми «непереговорными» партнёрами. Шоу не сложилось. Впрочем, считать успешной его встречу с северокорейским диктатором тоже никак нельзя, хотя там пар ушёл хотя бы в громкий свисток.

О чём же всё-таки предположительно поговорили два президента? Вряд ли обо всём том, чего от Трампа требовали американские политики и СМИ. От Путина российские политики и СМИ, понятно, ничего не требовали. Наверняка поговорили о Ближнем Востоке, поскольку тут у них есть не только разные подходы, но и точки соприкосновения. Вряд ли Трамп, глубоко уязвлённый расследованием предполагаемого российского вмешательства в американские выборы 2016 года, вовсе обошёл этот вопрос. Но дело в том, что тут они с Путиным, скорее, союзники, чем оппоненты. На пресс-конференции Трамп перевёл стрелки на Хиллари Клинтон и служебные файлы, которые она держала на своём личном компьютере. «Где сервер? Покажите мне сервер!» - возглашал он. И что ещё интереснее, ни словом не возразил Путину, когда тот вдруг сам заговорил об обвинении во вмешательстве в выборы в США, выдвинутом против фирмы «Конкорд», принадлежащей «путинскому повару» Евгению Пригожину, и заявил, что дело-то, оказывается, рассыпалось в суде. Неужто президент Трамп не ведает, что никакого суда по «Конкорду» ещё просто не было!

Надо полагать, что Украину и Крым они всё-таки затронули, о чём свидетельствует хотя бы реплика Путина на пресс-конференции. Но, видимо, только в общих чертах, в виде некой констатации.

Ну, а что касается политзаключённых в России и прав человека вообще, то эти вопросы ни Дональда Трампа, ни Владимира Путина не интересуют. Именно тут отражается сходство мировоззрений двух лидеров, имеющее и значительно более широкий охват и более глубокие корни.

Говоря о Трампе, почти всегда упоминают, что он прежде всего (а не в каком-то там прошлом) бизнесмен, а о Путине – что он бывший чекист (а, согласно распространённому утверждению, «бывших чекистов не бывает»). И эти обстоятельства определяют их подходы к проблемам. С этим трудно спорить. И правы, видимо, те, кто считают, что нападки Трампа на «Северный поток-2» вызваны не заботой об Украине или об экологии Балтийского моря, а лоббированием интересов американских продавцов СПГ. Это вовсе не личный интерес, а вот такой профессиональный или корпоративный. Точно так же, как склонность Путина чуть ли ни везде усматривать происки недругов является производной от его прежней профессии. Но, как отмечено выше, корни намного глубже. Оба президента испытывают глубокое недоверие, если не отвращение, к международным институтам, многосторонним договорам, к сложившейся на их основе системе международных отношений, построенных на признании единых ценностей и правил поведения. И тот, и другой предпочитают двусторонние договорённости, фиксирующие интересы сторон на данный момент – причём договорённости, заключаемые между «великими державами», без особой оглядки на всякую там «мелочь». Такая система называется realpolitik, и одна возвращает мир в первую половину прошлого века, а то и в позапрошлый век

Поделиться:
Самое читаемое в ДВ

На этой странице используются cookies. Для продолжения просмотра страницы дайте согласие на использование cookies. Подробнее