Цахкна: нам требуются смелость и безумие

Интервью с М. Цахна

Недавно принят пакет «налоговых законов», который вызвал массу нелицеприятной критики. Почему Коалиционный договор не был пересмотрен до этого и ошибки не были исправлены?

Это был очень турбулентный период: формирование договорённостей происходило в жуткой спешке, поменялись председатели двух партий. Меньше сейчас говорят о том, что экономический прогноз, который сделан весной, был намного негативнее того, на котором нынешнее правительство строило свои предвыборные обещания. Цифры прогноза пришли ближе к концу переговоров, когда по большей части вопросов уже были достигнуты соглашения. Когда же собралось правительство, мы не смогли толком выяснить не только откуда взять средства, необходимые на выполнение уже обещанного, но и как закрывать образовавшийся «минус». В таких обстоятельствах крайне сложно принимать серьёзные и принципиальные для развития экономики решения. Достигнутое сегодня соглашение – не идеальное, и конечно это не окончательная картинка эстонской экономической и налоговой среды. Теперь уже в более спокойной обстановке мы должны пересмотреть, какие структурные изменения нам следует провести. Этот пакет изменений к законам о налогообложении принципиальных изменений не повлечёт. Задача нынешнего правительства – инициировать дискуссию относительно следующего необходимого шага, который принёс бы необходимые перемены. Я тоже планирую выйти со своим видением основных фактических проблем.

Партия реформ тоже говорит, что хотела более существенного снижения. Социал-демократы хотели дифференциации при обложении соцналогом. Зачем же вы поддержали этот 1%?

Если снизить один налог таким образом, чтобы существенно снизилась налоговая нагрузка и увеличились зарплаты, то эти деньги нужно откуда-то «добрать». Государство не может брать кредитов на покрытие текущих расходов, только для инвестирования. Снижение соцналога на 1% - это шаг в правильном направлении, хоть он и недостаточен.Я вообще не согласен с утверждением, что вот теперь, когда Коалиционный договор составлен, нельзя ничего менять. Я в 2009 г. входил в одну комиссию по сокращению, которая принимала жёсткие радикальные меры. Мы реформировали рынок труда и подняли пенсионный возраст до 65 лет. Поэтому-то мне по душе кризисы. Они приносят возможности.

Кстати, о кризисах... Что вы сделаете для того, чтобы очередного т.н. «криминального случая» с IRL не произошло?

Ну, кризис – слишком жёсткое слово для описания сегодняшнего состояния IRL. У нас сейчас период, когда на первый план вышли проблемы внутрипартийного управления. Когда я баллотировался на должность председателя партии, то сказал, что мы должны сказать прямо обо всём, что у нас есть неправильного. Я получил от съезда партии мандат на исправление положения. Что касается «криминального случая». Вопрос не в том, что в партию приняли людей с криминальным прошлым. Вопрос в попытках манипулировать выборами руководства партии, и эта проблема имеет место уже давно. Решение тоже состоит не в том, чтобы «вылить на алтарь партии чью-то жертвенную кровь» и кого-то выгнать из партии, а в проведении реформ, чтобы это не повторилось.

Система налоговых возмещений для низкооплачиваемых работников – это хороший компромисс для вашего изначального плана налоговой реформы, в ходе которой вы хотели поднять необлагаемый налогом минимум до 500 евро?

Для людей её влияние аналогично, а для бюджета стоит меньше. Проще было бы поднять всем необлагаемый минимум до 500 евро, но это просто невозможно – у нас в бюджете нет таких денег.А эта система налоговых возмещений для низкооп­лачиваемых работников не станет ли стимулировать выплату зарплат в конвертах?Об этом вообще не стоит волноваться. Зарплату в конвертах выплачивают, в первую очередь, во всяких «мелких местах», о которых мы даже не знаем. Теперь у низкооплачиваемых работников возникает желание получать официальную зарплату, так как она даёт основания для возмещения. Думаю, что скорее количество получающих «конверты» даже снизится.

Много говорилось о том, что Партия реформ полна догм и с ней трудно договариваться. Насколько «забронзовевшие истины» влияют на повседневную политику IRL?

У нас нет догм, у нас есть мировоззрение. Для структурного реформирования экономики как раз нужно освободиться от догм и быть готовыми к серьёзным трансформациям. Сейчас сред­ний возраст председателей трёх партий, входящих в правительство – 34 года. Очевидна смена поколений. От нашего поколения ждут таких же результатов, каких достигло правительство Марта ­Лаара. Я не держусь за догматические установки, нам нужны в хорошем смысле слова «сумасшедшие реформы».

Насколько IRL готова менять свою точку зрения в вопросах приёма беженцев?

Тема беженцев является стратегической и для Эстонии, и для Европы в целом. С ней можно «играть» очень примитивно и с разжиганием ненависти, но чем это поможет?Мы живём в ЕС, и у нас есть свои национальные интересы. Мы должны сегодня вполне чётко заявить Европейской Комиссии, что никакого «квотирования» не будет. Если сейчас мы согласимся с тем, что кто-то станет голосовать за нас, то в будущем у нас не будет аргументов. Добровольный приём – другое дело. Действительно, мы тоже должны поучаствовать, но только в пределах своих возможностей.

Autor: Aripaev