Поделиться:

«Не ощущаю себя выдающимся промышленником»

Вчера на конференции по промышленному бизнесу выбрали промышленника года, которым стал глава Hekotek, машиностроительного предприятия, проектирующего и выпускающего технологическое оборудование для деревообработки, Хейки Эйнпаул.

Вчера на конференции по промышленному бизнесу выбрали промышленника года, которым стал глава Hekotek, Хейки Эйнпаул.  Фото: Андрас Кралла

«Никогда не ощущал себя каким-то выдающимся промышленником, – признался сам Хейки Эйнпаул. – Не знаю, кого благодарить за выдвижение в номинанты. Это стало для меня большой неожиданностью. Мы просто делаем работу, которую делаем, и настолько хорошо, насколько можем. Вероятно, это так и происходит – ты трудишься изо дня в день, стараешься не привлекать к себе внимания, и тогда обязательно кто-нибудь да заметит тебя».

Читайте интервью с Хейки Эйнпаулом

Hekotek и раньше отмечали. Как влияет на предприятие такое повышенное внимание?

Позитивное влияние, безусловно, то, что работники предприятия ощущают гордость. Когда приходит признание, гордость чувствуют и самые скромные, те, кто утверждают, что им признания не надо. Есть и негативное влияние – ведь такое внимание не облегчает нам жизнь. После проявления такого признания возрастает требовательность клиентов, вырастает и поток просителей всяческой помощи. А все прошения, увы, удовлетворить невозможно, отказывать же очень неприятно.

Вы руководитель, лидер или начальник?

Существуют лидеры формальные и неформальные. Надеюсь, что у себя на предприятии я и тот, и другой, но только не начальник, раздающий приказы. Ведь наверняка я не умнее своих работников. У нас на предприятии есть люди намного умнее. Но, очевидно, есть у меня качества, помогающие мотивировать к работе и удерживать систему. А свою работу каждый должен делать самостоятельно.

Какую оценку вы дали бы своей работе по пятибалльной шкале?

Всегда можно лучше. Эта система оценок уже устарела. Очень трудно оценить. Но раз меня выдвинули, значит, оценили, и совсем уж плохую оценку я себе поставить не могу, кроме того, не так уж я и скромен. Четверку себе поставлю, может, даже 4,2.

Если бы была возможность работать на каком-либо другом промышленном предприятии, какое вы бы выбрали?

Когда в 80-м году я поступил в ТПИ, то хотел стать инженером-механиком. Среднюю школу закончил с хорошими отметками, выбор и конкурентоспособность давали возможность поступить и на более престижную специальность. Я же хотел стать инженером-машиностроителем. До сих пор работаю по этой специальности и очень доволен. В нашем деле ещё и то интересно, что все клиенты и проекты очень разные. Более 25 лет в Hekotek, – а не скучно, рутина не заедает. К счастью, и должность у меня достаточно высокая, чтобы делегировать рутинную работу. Я машиностроитель, и в этой жизни не планирую делать что-то иное, с самого детства не планировал.

Под чьим руководством вы хотели бы работать?

Ни под чьим. Хочу самостоятельности. Партнёрские отношения более ценные и мотивирующие, чем подчинённые отношения. Я не очень удобный подчинённый, но очень хороший партнёр. С учредителем Hekotek я никогда не ощущал себя его подчинённым, но всегда ощущал себя его партнёром. И формально я не хотел бы относиться к своим подчинённым, как к подчинённым, скорее, отношусь к ним, как к партнёрам.

Если бы вам довелось в течения месяца побыть, к примеру, министром экономики, какие изменения вы бы произвели?

Думаю, за месяц никакой министр ничего кардинально изменить не может. Но можно что-то подготовить, и это максимум, что возможно. Первый месяц работы никому вообще не заметен. А какие изменения это могли бы быть? Надо подумать. Но я полагаю, что чем стабильнее экономическая среда, тем лучше. Стабильность экономической среды – это сама по себе ценность.

Как сейчас живёт эстонская промышленность?

Эстония сейчас живёт неплохо. Hekotek – экспортирующее предприятие, и наш внутренний рынок для нас давно стал тесным. В общем, Эстонию признают Северной страной, и думаю, что мы живём довольно хорошо. Хотя иногда политики и прочие люди пытаются показать, что это не так. Я не согласен с этим и считаю, что за последние 25 лет Эстония очень продвинулась в своём развитии. Иногда приходится кому-то объяснять, что, будучи в составе Советского Союза, мы находились в одинаковой ситуации с Россией, но теперь уже ничто не напоминает тех времён. К сожалению, и уровень цен тех времен не напоминает – мы теперь уравнялись в ценах с Финляндией и Швецией.

Но 40–50% клиентов Hekotek связаны с Россией. И это в нашем деле очень удобно, поскольку русских мы знаем, знакомы с их образом мыслей, умеем разговаривать с ними на одном языке. Это место, где можно заработать, а получение прибыли – главная цель любого промышленника.

Да, у Эстонии всё хорошо, но немного беспокоит мысль, а будет ли так же хорошо через десять лет. Чем ближе мы подбираемся к Северным странам, тем сложнее поспевать за ними, тем больше впередиидущие будут видеть в нас конкурентов.

Неужели у Эстонии, действительно, имидж Северной страны?

Совершенно очевидно. От имиджа страны бывшего СССР мы уже отделались. Для россиян мы уже иностранное государство, заграница, в этом нет сомнения.

А как нас воспринимают Азиатские страны? Например, Вьетнам?

Не сталкивался с отношением к нам, как стране бывшего социалистического лагеря, а потому в чём-то ущербной. Такое отношение есть только в Западной Европе, где считают, что раз мы из дешёвой страны, то и производство у нас дешёвое. Все мы знаем, что дешёвые услуги и товары приносят радость только в момент покупки. Когда позже выявляются проблемы с качеством, уже никто не помнит, что эта вещь была дешёвой. Мы боремся за то, чтобы не быть дешёвыми. На Западе это сложнее, потому как нас силком хотят сделать дешёвыми. Если сумеем предложить качественную услугу, нас будут всё больше акцептовать как равных.

Что в эстонской промышленности заботит вас более всего?

Естественно, это дефицит рабочей силы. Мы ведь прекрасно понимаем, что ждать нам рабочие руки неоткуда. Думаю, что уже по возрасту мои глаза не увидят, как роботы делают за людей всю работу, а человек больше не нужен. И тех людей, кто хочет работать и может, остаётся всё меньше и меньше. С одной стороны, позитивное достоинство – наша малость и мобильность. Хоть бы эту мобильность мы сохранили и на государственном уровне, а не стали бы смешными со своими регуляциями. С другой стороны, – это достоинство также и наш недостаток, – мы не может осуществлять крупные проекты, в понимании мира мы слишком малы. Как сохранить ситуацию, при которой наши общие расходы оставались бы под контролем, и наша государственная система не обходилась нам слишком дорого? Это очевидно, и есть искусство будущего.

А из внешней среды уже поступают сигналы, что где-то начинается упадок?

Внешняя среда пока в позитиве, но есть опасность, что упадок начнётся хотя бы потому, что люди так ждут его. Все словно бы уже хотят увидеть крах, и внушают эти мысли, нагоняя страх. А у Hekotek и на будущий год клиентский портфель столь богат, что и в грядущий год мы смотрим с большой уверенностью. Пятилетних планов не строим, прогноз на два-три года можем делать сравнительно точный.

А если вернуться к проблеме рабочей силы, то, как её можно было бы решить?

Сложный вопрос. Если мы хотим видеть экономическое развитие, то квоты на ввоз рабочей силы абсолютно бессмысленны. Мы должны гарантировать, – как это сделано в США, – что привлекам как можно больше умных голов. Там (в США) всех принимают, никого назад не отправляют. Сейчас в Эстонии тоже надо сделать так, чтобы умных, приятных и умелых людей завозить как можно больше. С позиции предприятия квоты только мешают.

На конференции «Äriplaan» в этом году прозвучало, что самый большой риск для предпринимателя – это политики. Вы согласны?

Абсолютно поддерживаю эту мысль. Политики, к сожалению, думают очень кратковременными категориями – от выборов до выборов.

Из нынешних предвыборных обещаний вам что-нибудь в душу запало?

Наверняка у всех участников предвыборной гонки есть хорошие мысли и обещания, но сходу ничего в голову не приходит. Я не политик, моя задача состоит в организации эффективной работы предприятия, и это то, за что меня, надеюсь, уважают. Боюсь, что в качестве политика у меня не хватило бы выдержки, так что я не столь умный, чтобы им что-то советовать. Хочу только, чтобы они думали с перспективой. Не буду скрывать, что поддерживаю партию Реформ, они за предпринимателей и за либеральную экономику.

В каком плане нуждается эстонская промышленность?

Хотелось бы, чтобы она двигалась в направлении как можно более дорогих услуг и товаров. Производила как можно более умные и сложные вещи. Для этого нужно больше вкладывать в образование и для этого нужно снять ограничения в рабочей силе.

Доверию к налоговой среде нанесён серьёзный удар

Хейки Эйнпаул,

руководитель Hekotek

Наш основной собственник крупный шведский концерн, по два раза в год проводятся собрания совета. На них всегда шведы сразу спрашивают, какие налоги у вас ожидаются следующими? Что вообще у вас происходит с этими налогами? Последний год особенно оживил эти их расспросы. Представляю себе, что если бы объявили налоговый мир и налоги стали бы стабильными, то для достижения такого же состояния, какое было три-четыре года назад, потребовалось бы еще от шести до десяти лет. Из-за всей этой нервотрёпки, угроз ввести разные налоги и введением их, доверие к нашей налоговой среде получило очень серьёзный удар.

Спрашивают меня и об инвестициях. Да, промышленность инвестирует много. А сколько бы было инвестиций, если бы налоговый мир был провозглашён раньше? И если бы с приходом нового правительства оно сразу не показало бы, что его цель – непременно, хоть как-нибудь, но изменить налоговую политику?

Они могли бы начать с нормальных дискуссий, заранее знакомить общественность с планируемыми налогами, принимать решения после обсуждений и достижения консенсуса. То, что это было сделано в спешке, с угрозами и обещаниями, здорово пошатнуло нашу стабильную среду.

Подумать только, сколько инвестиций было бы сделано, если бы наше государство было стабильным. Но мы, к сожалению, уже не таковы, хотя и двигались в этом направлении. Стабильность эта стоит очень многого.

КОНКУРС

«Промышленник года 2018»

Цель конкурса – отметить руководителей промышленных предприятий в их стремлении развить своё предприятие и сектор в целом. Выявить руководителя, успешно развивающего предприятие и экспорт, осуществившего важные проекты или заключившего важные сделки, сделавшего вклад в развитие сектора посредством инвестиций, расширения производства или развития продукции.

Организаторы: Äripäev, Tööstusuudised.ee и ABB Eesti.

Жюри: Танель Ребане из EAS, Юкка Патрикайнен из ABB, Игорь Рытов из Äripäev, Майт Пальтс их Эстонской Торгово-промышленной палаты (Eesti Kaubandus-Tööstuskoda) и Каупо Реэде из Министерства экономики.

Номинанты:

Арно Кютт, Cleveron,

Тоомас Калев, Harmet

Хейки Эйнпаул, Hekotek

Всего было представлено 13 кандидатов.

Больше информации о руководстве, финансовых показателях и бизнес-связях компаний
Поделиться:
Самое читаемое