Админреформа: в идеале «снизу вверх»

По мнению ДВ, то, что, спустя без малого два десятка лет, воз, наконец-то, сдвинулся с места, хорошо само по себе. Ведь две с лишним сотни местных самоуправлений, по существу, доставшихся в наследство от административной реформы 1937 года (!), для маленькой Эстонии, да ещё и в очень сильно изменившихся с тех пор условиях - действительно перебор.

И дело, разумеется, не столько в количестве, сколько в качестве. У маленьких и бедных самоуправлений просто нет сил и средств качественно выполнять возложенные на них законом обязаннос­ти. Поэтому идеология реформы и исходит из укрупнения местных самоуправлений, ведущего к объединению их сил и средств. Но здесь начинаются и возражения. Фракция Центристской партии заявила в ходе первого чтения, что не может поддержать законопроект в предложенном правительством виде, поскольку не с того конца начали – сперва надо решить проблемы обязанностей местных самоуправлений и их финансирования. Речь, надо понимать, идёт о комбинации больших обязанностей самоуправлений и их недостаточного финансирования из центрального бюджета, урезанного в 2009 году. Это давняя политическая тема цент­ристов. Кстати, в том, что презентацию законопроекта глава правительства решил провести лично, есть, безусловно, свой политичес­кий смысл – ведь именно Партию реформ упрекали в нежелании приступить к этой давно назревшей реформе. Оппоненты реформистов находили и причины – в частности, нежелание главной правящей партии менять удобные для неё «электоральные границы». Но поскольку в том же самом стремлении к удобству оппозиционеры усмотрели сейчас и готовность Партии реформ принять закон, о политических мотивах мы больше говорить не станем.

Свободная партия, которая законопроект в целом поддерживает, указала на то, что укрупнение самоуправлений может привести к результатам, противоположным заявляемым, ещё больше отдалив власть и общест­венные услуги от мест, что вызовет дальнейший отток населения в крупные центры. Критики законопроекта тревожатся, не выльется ли реформа в простое перерисовывание на карте границ местных самоуправлений.

Логика в этих рассуждениях есть, но демографические процессы, включающие и динамику перемещения населения, вряд ли способны изменить любые законы. Зато реформа, построенная на укрупнении самоуправлений и сосредоточении распылённых общественных услуг, способна привести не только к их улучшению, но и к появлению новых центров притяжения, уже не связанных ни с Таллинном, ни с Тарту, ни с Пярну, ни с другими более или менее крупными городами. Это может вызвать и оживление бизнеса в этих цент­рах, что всем полезно в округе.

Есть ещё один положительный момент. Закон определяет минимальное число жителей самоуправления – 5000. И предусматривает бонусы для тех, кто наберёт 11 000 и больше. Видимо, начнётся борьба за население. Но в этом нет ничего плохого, это как борьба за конкурентоспособность, которая заставляет шевелиться и проявлять инициа­тиву. Есть определённое количест­во самоуправлений, физически не могущих в срок набрать требуемые 5000 человек, например, город Палдиски, не имеющий сельс­ких «тылов». Но вряд ли власти города с двумя крупными портами и рядом предприятий захотят лишаться статуса. Значит, придётся думать и действовать. К примеру, привлечь население, построив с десяток муниципальных и социальных домов. Ещё один малозадействованный резерв – местные налоги. Если удастся грамотно выстроить систему и держать количество населения под конт­ролем, чтобы не было манипуляций с регистрацией, то государст­во сможет больше и не вмешиваться в процесс. Самое замечательное, что может произойти, это смена вектора реформы со «сверху вниз» на «снизу вверх».