В краю непуганых автовладельцев: неужели меньше машин – значит больше Европы?

Мифология поддерживается практикой: люди рассредоточены по стране, и ради них общественный транспорт по каждой грунтовке не пустишь. Поэтому, несмотря на сравнительно компактные размеры, Эстония остается нетипичной европейской страной с очень низкой плотностью населения (Скандинавия с их обильными северными территориями – не в счет). Действительно, 30 человек на квадратный километр – это больше, чем в Финляндии с 16-ю и Норвегией с 14-ю. Но там совсем другая география. А самое главное – экономика.

Будучи страной постсоветской по происхождению, реальной политике и способах внешнего кредитования своих амбиций, Эстония за последние четверть века сделала все, чтобы только так не называться. И достижения на этом направлении очевидны. Но количество неадекватно дорогих автомобилей на дорогах, привычка в успешных семьях держать по две, а то и по три машины (реально успешные в этом месте снисходительно улыбаются), то есть непомерно раздутый автопарк – это признаки компенсаторного потребления, типичного для посттоталитарных обществ. Пусть это потребление и вошло в привычку настолько, что теперь считается просто буржуазным, то есть присущим Эстонии «изначально».

В соседней стране, которую больше нельзя называть, как и в стране, которая с ней воюет, имущественное расслоение объясняется коррупцией, кумовством, плохим законодательством и неразвитыми институтами. В Эстонии, которая как бы совсем другое дело, победил предпринимательский консенсус. Богатство и успех принято объяснять тем, что эстонцы – народ работящий: кто рано встает, тому бог подает, вот это все. Даже в оккупированной советами Эстонии личных автомобилей было всегда больше, чем в любой другой советской колонии. Чего уж говорить об эпохе свободы, когда частная собственность сделалась главной общественной скрепой!

Даже в одной из вышеупомянутых стран так называемый «транспортный налог», идущий на развитие региональной дорожной сети, действует уже лет двадцать. В Финляндии автоналог был в конце концов снижен, потому что на тазиках с ржавыми гайками ездить попросту опасно. А Германия в числе первых ввела коэффициент на выбросы (дизель там вообще золотой), потому что в стране, производящей самые быстрые и агрессивные в мире тачки, иначе нельзя. Везде разные аргументы, но в итоге налоги на личный транспорт – обычная практика. Поэтому недовольство эстонских автовладельцев – это обывательское иждивенчество. Ну хорошо, еще гражданственность: это же нормально, когда граждане критикуют государство!

Но пока государство продолжает путаться в критериях. Вроде надо поддерживать зеленый переход и давать льготы электромобилям. Но надо же и пойти навстречу хуторянам (в самом широком смысле), скостив налог на колымагу, за которую при желании сойдет пикап «Тундра» или армейский «Ленд-Ровер». Эксперты и продавцы машин простодушно говорят, что придется умерить страсть к большим и мощным двигателям. А мы-то думали: откуда она, эта горячая привязанность… Разом она, понятно, не уляжется. Но адекватность будет повышаться неуклонно и достаточно быстро.

Независимо от того, насколько хорошо наладится логика самого автоналога, эта отрезвляющая инициатива продвинет Эстонию на пути европейской интеграции. Предвижу смешки, переходящие в свист и улюлюканье. Но ведь в натуре у людей тут по несколько машин, а Тесла прикидывается бюджетным такси! Пора встать в очередь на свое место, а не кричать: «Я правда стоял!»