Бронзовый процесс: выступил адвокат Линтера

«Решение убрать из зала суда телевизионные камеры, я обычно поддерживаю. Как и другие решения суда. Но в данном случае, я не согласен с этим решением. Пресса должна объективно донести до общественности происходящее в зале суда», - заявил адвокат Линтера, Леонид Оловяннишников.

Далее следует отрывок из речи адвоката:

Каждое предложение обвинения заканчивается словом «преступление». Время, место преступления…. Я могу полностью согласиться с моими подзащитными в том, что текст обвинения понятен, а обвинение - непонятно. Разумеется, что текст ясен, непонятно то, как текст соотносится с выводами обвинения. Чтобы понять почему, возникает такая неясность и такая нестыковка, я могу привести текст обвинения.

Например, был описан случай, когда мой подзащитный дал интервью для радио «Эхо Москвы». Обвинение тут видит – разжигание антиправительственных настроений. Фактически, из таких абзацев и состоит все обвинение. Существование антиправительственных настроений в обществе – есть залог демократического государства.

Стоит вспомнить, что перед самым Новым годом, как объявили СМИ, в ЕС приняли резолюцию о запрещении переноса памятников Второй мировой войны. Подзащитные, наоборот, предупреждали полицию и правительство о том, что действия могут привести к беспорядкам. Следовательно, задачей подзащитных было избежать этих беспорядков.

Полиции давным-давно было известно о гражданской деятельности подзащитных, она имела возможность подсушивать их переговоры. Да они и не скрывали своей деятельности, она была публичной, о их деятельности писали СМИ, говорили по телевидению. Полиция знала о их деятельности, в том числе и о предупреждении и до 26-27 апреля не принимала никаких мер. Вопрос - почему? Ведь согласно закону не обязательно ждать, пока произойдут беспорядки, можно привлечь за покушение. Но этого сделано не было. Значит, нам можно сделать один вывод, что полиция не усматривала состава преступления в действиях наших подзащитных.

И вот именно это защита и указала в ходатайстве прокурору. Защита предлагала закончить криминальное дело за отсутствием состава преступления. Защита, пользуясь законными возможностями, вела переговоры с Полицией безопасности. Защита пыталась вызвать чувство патриотизма, убеждая, что этого дела не должно быть в суде. Для этого нет ни моральных, ни законных оснований. К такому выводу защита пришла сразу после ознакомления с текстом подозрений. Защита пыталась доходчиво объяснить, что у обвинения нет возможности выиграть это дело при любом приговоре. Самым правильным поведением прокурора был бы отказ от обвинения.

Autor: Ольга Григорьева