За госпоставками у нас глаз да глаз нужен

Разговор с заведующим службой надзора Департамента госпоставок Александром Бакировым начинается с упоминания “о настольном инструменте” сотрудников службы – электронном Государственном регистре госпоставок. В нём ежедневно фиксируется до десятка сообщений.

Дабы предотвратить возможные нарушения, служба надзора старается проверять уже эти сообщения. В 2007 году проверили 42 штуки. Информация, приведённая в сообщениях, должна соответствовать требованиям Закона о госпоставках.

“?? ????????????? ? ??? ???? ?? ???? ?????Ведь есть совершенно конкретные условия участия в конкурсе на госпоставку, - подчёркивает Бакиров. – От участия в нём оферентов отстраняют, например, если не подходит их финансовое положение, если они наказывались в уголовном порядке или за проступок, если у них имеются задолженности по налогам, если оборот предприятия не дотягивает до требуемого”.

По бухгалтерским документам видно и то, что учреждение не провело конкурс на госпоставку, хотя должно было сделать это.

“В год нам удаётся выявлять пару десятков таких случаев, - признаёт Бакиров. - Спрашиваешь, почему не объявили конкурс? Отвечают, что забыли, должен был сделать тот-то, но ушёл в отпуск, а тот-то вообще умер, ну и так далее, в том же духе. Последний пример. В городе на юге Эстонии мэр и два чиновника были оштрафованы, поскольку взяли инвестиционный кредит, а конкурс на госпоставку не провели. Надо сказать, что порой конкурсы не проводят потому, что попросту не знают законов. Такие вещи случаются в небольших волостях, где крохотные бюджеты, в год делается, возможно, всего одна поставка, поэтому особого опыта на сей счёт у работников нет”.

Закон - как капуста

Бакиров рассказывает и о таком способе игнорирования закона, как разбивание госпоставки на части. К примеру, приобретены две легковые машины в один день, у одного продавца. Стоимость каждой ниже предельной ставки, а суммарная цена превышает её. Следовательно, необходимо провести открытый конкурс на госпоставку.

Служба надзора ведёт и производство дел о проступках. В 2007 году зарегистрировано 16 таких дел. Нарушают по всей Эстонии равномерно – чаще в сфере госпоставок вещей и услуг, например, тех же автомобилей.

Наказывать за проступки можно как юридических, так и физических лиц. По признанию Александра Бакирова, больше дел возбуждается против физических лиц, в прошлом году возбудили 15, против юридических лиц - одно. Штрафы составили 66 600 крон. Самым массовым нарушением (90% проступков) является непредоставление в регистр отчётов о госпоставке в течение десяти дней после заключения договора о ней.

А вот главная сложность в работе службы надзора - угнаться за стремительно меняющимся законодательством. Бакиров демонстрирует разлохмаченное издание - Закон о госпоставках с наклеенными почти на каждой странице полосками бумаги. На них - изменения и поправки, внесённые в закон.

“В самом начале он был сделан некорректно, - сетует завслужбой. - Видите, какая “капуста” теперь! Если контрольный период составляет два года, то первый год проверяешь по старому закону, второй - уже по новому. Нередко возникает путаница - и у нас, и у поставщиков. Мы тоже можем предлагать поправки в закон, но обычно их почему-то не учитывают. Недавно предложили назначать конкретное лицо, ответственное за госпоставку, тем более, что когда-то такое положение в законе было. Но я слышал, что Министерство юстиции не акцептует это наше предложение”.

Кто виноват?

Тему ответственного за госпоставку служба надзора подняла неслучайно. По словам Бакирова, самое трудное в производстве дел о проступках - установить виновного. Если госпоставку проигнорировали, то, как правило, отвечает руководитель учреждения. Если же речь идёт о её разделении на части, о прочих процедурных моментах, то необходимо установить виновного. А в небольших учреждениях сделать это ой как непросто.

“Одно целевое учреждение закупило в один день у одного продавца стулья пяти разных видов, заключив пять разных договоров, - рассказывает Александр Бакиров. - Суммарная стоимость мебели сильно превысила предельную ставку. Мы возбудили дело о проступке. Учреждение обжаловало наше решение. И суд заключил, что мы не правы, надо было найти конкретного виновника. Мы провели работу над ошибками и нашли. Его оштрафовали”.

Составив акт, в котором указаны все нарушения, сотрудник службы надзора отправляет его в учреждение с просьбой назвать имена тех, кто будет отвечать за выявленные недочёты.

“Называют, потом оказывается - не совсем тот или уволился. Последнее случается чаще всего, - объясняет Бакиров. - В принципе, уволившийся всё равно обязан ответить, но бегать за ним по стране - перспектива не из приятных. Штрафы за такие нарушения - в пределах 1-2 тысяч крон. Но дело не в том, что не хотят платить, а в том, что не хотят попасть в регистр наказаний. Если ты занимаешь высокий пост или связан с политикой, тебе это надо?”

Взяток не предлагали

Насколько серьёзно можно говорить о контроле за госпоставками, если вся служба надзора - четыре человека? “Одного сократили, одну вакансию - тоже, - невесело констатирует мой собеседник. - Успеваем столько, сколько успеваем. Крупных поставщиков, скажем, структуры столичной мэрии - и по два раза проверяем. А вообще, положение тяжёлое. Надо бы не меньше десяти работников”.

Что касается качества работы, то ошибки случаются прежде всего из-за того, что закон может толковаться двояко. Самую большую головную боль доставляет разделение госпоставок на части. Чётко и ясно этот момент нигде не прописан.

“Например, ремонтируют в городе дороги. Какой-то отрезок делает одна фирма, какой- то - другая. Договоры заключены разные. Это разделение госпоставки или нет? Трудно сказать. В подобных случаях суд, бывает, отменяет наши решения по делам о проступках. Но принципиальные возражения оформляются лишь по 1-2 из десяти составленных нами актов”, - говорит Бакиров.

Предлагали ли сотрудникам службы взятки или замять дело?

“Не предлагали, - твёрдо отвечает он. - Иногда спрашивают, ну как там продвигается? Но и только. Да и не входит в нашу компетенцию раскрытие коррупционных связей. И не настолько простодушны люди, чтобы оставлять зацепки в документах, проверяя которые, мы могли бы наткнуться на признаки коррупции. Если у нас возникают подозрения, мы вправе передать материалы в Полицию безопасности или в прокуратуру. 4-5 раз за семь лет передавали, но, честно говоря, ходу эти наши материалы не получали. Правоохранительные органы признавали, что ущерб не так велик и прекращали производство, констатируя, что, мол, за проступок мы можем оштрафовать и сами.

Сомнений нет - в сфере госпоставок во всём мире ходят большие деньги, и кор- рупция, конечно, есть. Только вот в наших условиях... Скандал - волостной старейшина заказал строительные работы у фирмы своего сына. Коррупционер он или всё же нет? А, может, в той волости, кроме этой фирмы, больше просто не у кого заказывать. Мала Эстония”.

?? ????????????? ? ??? ???? ?? ???? ?????