Другая Европа

Другие не могут даже преодолеть стадию единого рынка, тогда как Евросоюз уже вышел на уровень общей экономической и валютной политики. На него равняются, с него берут пример. Однако на сегодняшний день проект европейской интеграции переживает самый серьезный кризис за всю свою историю. Данные опросов населения показывают, что граждане наиболее развитых стран ЕС не хотят больше единого союза. Некоторые аналитики вообще утверждают, что сам проект оказался на грани коллапса. По причинам институционального, политического и экономического характера.

Наиболее серьезным на сегодняшний день является институциональный кризис. Так, Евросоюз изначально создавался как сообщество развитых государств. Не только в экономическом плане, но и в идейном. Франция, Италия, Германия, Бельгия, Нидерланды, Люксембург – все это были государства, эволюционно выросшие до уровня развитых обществ. С одинаковым набором ценностей, одинаковыми взглядами на окружающую действительность. Именно поэтому принятый в организации консенсусный процесс принятия решений не давал особых сбоев. Все изменилось с момента массового принятия в ЕС восточноевропейских государств, формировавшихся в несколько другой культурной реальности. И в результате процесс принятия решений в ЕС оказался чересчур сложным и долгим. Иногда некоторые из этих государств проявляли принципиальную позицию, блокируя из-за собственных корыстных интересов важные для всего сообщества решения. Ситуация с процессом принятии решений, вероятно, была бы не настолько тяжелая, если бы в Западной Европе – сердце европейской интеграции – были бы лидеры калибра Маргарет Тэтчер, Гельмута Коля или Жака Ширака. Которые могли бы попросту продавить нужные им решения. Однако нынешние лидеры Франции, Германии и Британии не обладают серьезным авторитетом в мире. Более того, сами готовы приносить серьезные внешнеполитические вопросы в жертву собственным электоральным интересам. По мнению некоторых экспертов, именно поэтому Европа тратит миллиарды евро для того, чтобы оттянуть неизбежный греческий дефолт на считанные месяцы – до выборов во Франции и Германии, чтобы последствиями дефолта не воспользовалась оппозиция, пишет expert.ru.

Последние события также обозначили эфемерность понятия «европейской солидарности». А точнее, ее границы. Это проявилось не только в процессе финансового спасения Греции – там-то как раз речь шла не о солидарности, а о спасении собственных банков, скупивших греческие долговые обязательства. Но и в проблеме иммиграции. Когда волна беженцев из Ливии захлестнула Италию, Сильвио Берлускони попросил ЕС о помощи. На что ему охарактеризовали эту ситуацию как «чисто итальянскую проблему». Хотя всем было известно, что Италия для беженцев представляет собой прежде всего страну-транзитера, а их цель – Германия, Франция, Великобритания. Столкнувшись с таким отношением, итальянцы попросту стали выдавать этим беженцам транзитные документы и отправлять их в остальные государства ЕС – что, естественно, возмутило ту же Францию. В итоге жертвой несогласованной политики стала одна из опор ЕС – Шенгенское соглашение. Теперь страны-участницы в одностороннем порядке могут приостанавливать его деятельность на своей территории.

Ливийская операция стала не только демонстрацией отсутствия европейской солидарности, но и серьезным ударом по планам ЕС о совместной внешней и оборонной политике. Несмотря на внешне триумфальное окончание ливийской кампании, ее реальные итоги оказались куда более скромными.

Европа пришла в Ливию не только для освобождения ливийского народа, и даже не только за нефтью и газом для Total. Начиная войну против режима Муаммара Каддафи, Европа хотела продемонстрировать всему миру, что способна проводить координированную внешнюю политику, сложные военные операции самостоятельно, без американского руководства. Однако целый ряд ситуаций, сопровождавших эту кампанию (нехватка ракет и других боеприпасов, отказ ряда правительств предоставить свои самолеты и летчиков для бомбардировки ливийских объектов) продемонстрировал обратное. Более того, Европа чуть не получила второй Суэцкий позор. Кампания была на грани краха, и лишь экстренное взятие Ливии силами британского SAS, Иностранного легиона при поддержке катарского спецназа спасли ситуацию. После такого рода «триумфального завершения кампании» вряд ли Европа в ближайшее время рискнет проводить подобную агрессивную внешнюю политику. В частности, на сирийском фронте.

О прединфарктном состоянии еврозоны на сегодняшний день не говорит только ленивый. На сегодняшний день основным средством спасения еврозоны считается Европейский фонд финансовой стабильности (ЕФФС). Его объем составляет 440 млрд евро, и предполагается, что он будет увеличен до 1 трлн евро. Теоретически, по мнению аналитиков, этого хватит на помощь Греции, Ирландии и Португалии – но и только. А ведь на грани дефолта находятся не только эти три страны. Есть еще и Италия, чей государственный долг напрямую подбирается к 2 трлн евро, и обслуживание этого долга уже является чуть ли не самой крупной статьей расходов итальянского бюджета. При этом последние слухи с «итальянских фронтов» весьма неутешительные. Доходность по десятилетним итальянским облигациям достигла рекордных 6,68%, а на рынке говорят, что руководство ЕЦБ может отказаться покупать итальянские государственные облигации в том случае, если власти страны не продемонстрируют решительное намерение сокращать расходы и проводить экономические реформы. Эксперты швейцарского банка Credit Suisse утверждают, что до итальянского дефолта осталось 100 дней. «Либо правительство сумеет осуществить немедленные и эффективные меры, обещанные Европейскому союзу, либо финал предрешен: единственным выходом из положения станет интервенция международных институтов», – пишет итальянская газета La Repubblica. Причем Италия – это не маленькая Греция, а третья (после Германии и Франции) экономика еврозоны. И ее дефолт, по мнению экономистов, способен похоронить под собой всю еврозону.

Самое неприятное то, что на фоне всех этих проблем ни у кого из политиков нет внятного рецепта спасения европейского проекта. А у части населения – и желания его спасать.

 

Autor: dv. ее