Выдачу запрета на ведение бизнеса хотят упростить

Минюст планиует разослать программу разработки законопроекта, в которой будет предлагаться т.к. "экспресс-пакет" мер как избежать злонамеренных банкротств.

Рейнсалу считает ненормальным то, что в Эстонии создалась отдельная сфера бизнеса по избавлению от предприятий-дожников. Каждый год неплатежеспособные предприятия оставляют долгов на 40 миллионов евро, которые потом трудно получить назад. Такие компании продают танкистам, которые, в свою очередь, забрасывают предприятие. Так продолжается, пока компанию не вычеркнут из коммерческого регистра - без всякого наказания.

Основатель Союза кредиторов Эстонии Марие Розин рассказала радио Aripaev, что за 8 месяцев этого года принудительному удалению из регистра были подвержены 13 000 компаний. Она предполагает, что в Эстонии есть более 700 танкистов, чьи услуги использовали более 10 000 компаний. На их плечах висят долги на сумму более 500 миллионов евро.

Рейнсалу рассказал в той же передаче, что Министерство юстиции хочет разработать план, как получить информацию об этих танкистах, а также ограничить их деятельность и наказать за неё. "Самые удивительные случаи - это когда человек сидит в тюрьме и параллельно зарабатывает себе на жизнь танкистской деятельностью. Это неслыханно", - сказал он.

После того, как информация о танкистах будет получена, нужно, по словам Рейнсалу, либо запретить им быть членом правления, либо выписать им запрет на ведение бизнеса. Министр подчеркнул, что эта мера будет применяться только к тем людям, о которых точно известно, что они танкисты.

Вторым важным изменением в этом пакете станет, по словам Рейнсалу, ответственность члена правления за проведение банкротства.

"Логика коммерческого кодекса такова, что если член правления узнаёт о банкротстве, то должен немедленно сообщить об этом. К сожалению, мы видим, что это не делается. Наоборот - деньги выводят, а компанию продают профессиональным танкистам", - сказал Рейнсалу.

Сегодня в порядке вещей ситуация, когда должник должен начать доказывать, с какого момента член правления знал, что предприятие неплатежеспособно.

"Однако извините, если бухгалтерские документы выбросили в Эмайыги, то что ты будешь требовать от танкиста?", - задался вопросом министр.

Решение вопроса - Министерство юстиции хочет сделать так, чтобы в суде действовала предпосылка, что член правления знал о неплатежеспособности предприятия.

Ещё одна проблема - с членами правления зачастую никак не связаться. Возможное решение - член правления обязан предоставлять свои электронные контактные данные. Плюс идёт дискуссия о том, можно ли быть членом правления лицам, не живущим в Эстонии. "В этом вопросе пришли к компромиссу: можно. Однако только в том случае, если члену правления назнаен представитель, через которого можно получить контакт члена правления. Как правило это нотариус, адвокат или налоговый консультант", - сказал Рейнсалу.

Розин и Рейнсалу не согласны друг с другом по вопросу прекращения деятельности предприятия. Розин считает, что в Эстонии очень легко создать предприятия, однако очень сложно его ликвидировать. Если бы это было проще, то, возможно, было бы меньше случаев, когда компанию забрасывают, дожидаясь принудительного её удаления из регистра.

Рейнсалу же считает, что в определённых случах ликвидацию нужно, наоборот, осложнить. Например, в тех случах, когда идёт судебное производство. "Чтобы не оказалось, что компания, по поводу которой идёт процесс, просто куда-то пропала", - сказал он.