Сергей Чекмазов о расследовании ФБК: с Россией не работаем, а маме компания просто принадлежит

«Это заказная статья против нас по заказу конкурентов. В расследовании какие-то скрины переписки со взломанной почты. Они ничего не доказывают. Мы уже обратились к юристам и будем подавать опровержение, – сказал Чекмазов «Деловым ведомостям». – Мы не работаем с Россией и проверяем контрагентов».

Две компании, которыми руководит Чекмазов, были упомянуты в новом расследовании Фонда борьбы с коррупцией. Одна из них, BreezeMarine OÜ, как утверждают расследователи, принимала участие в ремонте яхты президента России Владимира Путина «Грейсфул». А именно - поставила для нее дисплеи, на замену вышедшим из строя. Она организовала доставку и помогла с перепрограммированием. «Эстонский посредник забирает оборудование в Петербурге, находит курьера (просто частное лицо), который отвозит все в Германию на завод и отремонтированное возвращают в Россию. На дворе, на минуточку, весна 2023 года, второй год войны», – пишет ФБК.

Впрочем, из опубликованной части расследования не ясно, почему именно эта фирма.

В переписке, на которую ссылается ФБК, есть российская компания ООО «Бриз Марин Сервис». «Панели необходимо доставить в наш офис ООО «Бриз Марин Сервис» г. Санкт-Петербург, ул. Кронштадтская дом 9 корпус 4 офис 601 (...). Далее курьером поедет в Таллинн», якобы пишет менеджер по продажам BreezeMarine Алексей Кравченко (связаться с ним ДВ пока не удалось). В его подписи – Breezemarine Group LTD, что скорее соответствует Breezemarine Group OÜ.

При этом Breezmarin OÜ на 33,33% принадлежит Екатерине Чекмазовой, в годовом отчете она обозначена как жительница Эстонии. Еще две такие же доли у Светославса Ершовса и Сергейса Гапченко, страной которых указана Латвия.

Breezemarine Group OÜ, в свою очередь, принадлежит Екатерине (33,25%) и Людмиле (66,75%) Чекмазовым.

Российское ООО зарегистрировано в 2016 году и на 100% принадлежит Людмиле Чекмазовой, по данным российского реестра, гражданке России.

ДВ спросили Сергея Чекмазова и об этой компании.

СЧ: Это отдельное юрлицо абсолютно. К нам никакого отношения не имеет… Когда-то это была группа компаний. Сейчас это отдельное юрлицо. Так исторически сложилось, Бризмаринов-то на самом деле очень много. И в России, и в Европе.

ДВ: И все принадлежат вашей семье?

СЧ: Нет.

ДВ: Но эта компания принадлежит женщине с такой же фамилией как у вас. Это ваша родственница?

СЧ: Да, конечно, это было зарегистрировано на мою маму. Сейчас компания абсолютно отдельная. Она является владельцем, но никакого отношения к коммерческой деятельности компании, естественно, мы не имеем.