Алкогольная горячка на Тоомпеа: беглые бизнесмены из Москвы завоевали две трети винного рынка Эстонии

Когда буря революции смела частных предпринимателей, напарникам пришлось бежать за границу и начинать с нуля на родине Матисена. В 1921 году, всего год спустя после того как Таллинн отменил сухой закон, Люшер и Матисен учредили на Тоомпеа склад и магазин иностранных вин: в их ассортимент входили иностранные мускаты, коньяки и, конечно, мартини от их прежних, еще с российских времен партнеров. Балтийско-немецким клиентам компания рекламировала любимые публикой до войны мозельские и рейнские вина. За столичным магазином на улице Кунинга, 2 в 1922 году последовал и филиал в Тарту, на Рюйтли, 12. Публике, за годы алкогольных ограничений истосковавшейся по качественным напиткам, обещали зеленого змия по таллиннским ценам.

К тому же году относится и первый скандал с участием фирмы. В Главное управление таможни и акцизов поступило анонимное письмо, в котором утверждалось, что Люшер и Матисон подделывают иностранные вина, что позволяет им торговать напитками по цене ниже, чем у других импортеров.

Такой бизнес действительно процветал на бывших территориях Российской Империи. Так называемые «кашинские вина» — коктейли из виноградного сока, спирта, сахара и специй, а зачастую и еще менее полезных для здоровья компонентов — обклеивали иностранными этикетками и марками и продавали малоквалифицированной публике. Курьезно, но до 1914 года Москва и Петербург по документам продавали и потребляли больше «французского вина», чем в реальности производили винодельни.

В Таллинне, впрочем, аналогичное мошенничество не обнаружилось — по крайней мере, на складе Luscher & Matiesen, о чем фирма поспешила уведомить эстонские газеты. «Зависть возникает лишь из-за собственной слабости и превосходства других», — прокомментировала фирма донос. Представители эстонско-швейцарской компании объяснили проверку кознями конкурентов.

К 1926 году в ассортименте Luscher & Matiesen появилась и менее праздничная позиция - произведенная в Эстонии столовая водка. В конце 1920-х по тому же адресу в Таллинне, где работал офис и магазин фирмы, появился первый в Эстонии винный бар. Заведением с мудреным названием Bar владел уже персонально Пауль Матисен. Но настоящим прорывом стал для фирмы октябрь 1929 года, когда она перестала быть всего лишь одним из многих импортеров иностранного алкоголя, а сделалась его производителем. Компания приобрела оборудование для производства до 400 000 литров вина в год. Что необычно, под завод и винный склад фирма сняла у немецкой семьи Тизенгаузен дом в самом центре города, на Тоомпеа, на улице Кохту, 12. Скорее всего, выбор пал на него из-за вместительных старинных подвалов.

Характерно, что превращение Арнольда Люшера и Пауля Матисена из торговцев в промышленников произошло в период рыночного спада. На рубеже десятилетий Эстония погрузилась в финансово-экономический кризис, вызванный последствиями “великой депрессии” в Западной Европе и США. Согласно исследованию Тартуского университета, кризис вызвал снижение потребления вина. Если в 1928 году в Эстонии его выпили 271 000 литров, то в 1932 и 1933 годах этот показатель составил, соответственно, 121 000 и 114 000 литров.

Одновременно в стране работало множество небольших винных и водочных заводиков, деливших между собой рынок местного алкоголя. Запуск нового крупного производства с современным оборудованием позволял Luscher & Matiesen выдавить малых игроков из отрасли. Вино производили из местного виноматериала - яблок, смородины и крыжовника. Если эстонского сока в продукте было более 50%, это позволяло промышленникам платить акциз по сниженной ставке. После отмены этой меры поддержки в 1931 году Luscher & Matiesen стали добавлять в напитки собственного производства до четверти импортного виноградного вина, что позволило существенно улучшить вкус продукта. Вино на Тоомпеа оставляли бродить и созревать как минимум на 15 месяцев.