Эстонский офшор для русского бизнеса 

Но у русского бизнеса есть национальная особенность: ни одна уважающая себя российская фирма не живёт без сопровождения свиты офшорных компаний. С этим офшорным шлейфом они приходят сейчас и на эстонский рынок.

Самая распространённая схема отношений при этом проста, как облупленное яйцо: российский производитель направляет свой товар на таможенный склад в Эстонии, где его приобретает офшорная компания, которая немедленно сбывает товар там же на таможенном складе эстонской фирме. При этом цена каждой операции растёт таким образом, чтобы часть прибыли (иногда главная её доля) оседала у офшора. Затем эстонское предприятие ведёт честный бизнес в Эстонии, в Евросоюзе и «далее - везде», зарабатывая по мере возможности свою долю прибыли, которую иногда в виде кредитов, а иногда в виде дивидендов забирает российская материнская фирма-оператор или физическое лицо - учредитель и собственник эстонского предприятия. Схема порой усложняется: то ли за счёт включения в неё ещё одной или нескольких офшорных фирм, то ли включением фирм из России или Эстонии, но смысл операции от того не меняется, и отследить цепочку связей не представляет большого труда.

Многие эстонские предприниматели наивно считают, что они законов Эстонии не нарушают и от неприятностей (в том числе от налоговых рисков) защищены абсолютно, поскольку приобретают товар у офшора без предоплат, рассчитываясь только за реально поступившие на склады эстонских фирм материальные ценности. А каким образом и где товар приобрёл офшорный поставщик, они не интересуются, так как никто и ничто их это делать не обязывает, тем более правовую состоятельность офшорной фирмы, как правило, они проверяют и правомочность лиц, подписывающих договора и счета, также устанавливают.

Разговаривая с участниками таких сделок, поражаешься их святой простоте. Им не приходит в голову вопрос: почему эстонский предприниматель, прекрасно зная все реквизиты российской фирмы (поскольку оттуда даются гарантии, туда отправляются бракованные изделия и т.п.), легко соглашается на участие в их отношениях офшорного посредника и каким образом эстонский предприниматель сможет доказать, что такой посредник не его (эстонской фирмы) клон, а, наоборот, является продолжением российского товаропроизводителя? Между тем сделка «через офшор», как правило, снижает (или вообще убирает) прибыль эстонской фирмы и, следовательно, является сознательным уходом от подоходного налога в Эстонии с потенциальных дивидендов.

Мы обсуждали проблему, возникающую при таких сделках, с несколькими специалистами в области налогообложения и пришли к выводу, что объясняться с налоговым администратором эстонскому предпринимателю рано или поздно придётся обязательно и оправдываться ему придётся одним способом: доказывая, что он - скажем осторожно - абсолютно некомпетентен и не ведает, что творит, а потому не понимает, что участвует в мошенничестве (особенно если собственник эстонской фирмы - физическое или юридическое лицо, абсолютно связанное с российским товаропроизводителем). И потому, несмотря ни на какие коврижки, в схемах, где центральное место занимают офшорные компании, эстонской фирме лучше не участвовать. Пускай любые игры со своими офшорами российские предприниматели, если хотят, устраивают до сделки с эстонской фирмой. Максимум, на что можно соглашаться: при получении счёта от реальной российской фирмы, на основании её письма с просьбой перечислять деньги не ей, а в счёт её обязательств офшорной компании, - выполнить эту просьбу. Но и такую операцию не стоит повторять многократно.