Алексей Шишкин: у грузинского экономического роста мрачная изнанка и высокие риски

Цифры действительно впечатляют: рост ВВП Грузии, согласно прогнозу Центробанка, в этом году составит около 10%. На этом фоне выкладки для Эстонии, где прогнозы колеблются в диапазоне от 0,6 до 1,5% роста в этом году, кажутся крайне скромными.

Авторы изначальной публикации Reuters в качестве одного из драйверов столь масштабного роста грузинской экономики (масштабного – по меркам кризисного 2022 года и по сравнению с прогнозами) называют свободный допуск в страну эмигрирующих россиян и их бизнесов. Они привозят с собой «живые» деньги, международные трудовые контракты в долларах и евро (получать деньги по которым изнутри России все труднее), привычку к высокому уровню потребления, собственные знания и навыки. Всего в Грузии, по оценкам на начало ноября, постоянно находилось около 112 тысяч россиян, переехавших в страну в 2022 году.

Мне довелось около полугода прожить в Грузии в 2018-2019 годах, я бывал в каждом из регионов страны, исключая оккупированные Россией Абхазию и Цхинвальский регион. Навестил Тбилиси я и в этом году. И риск того, что с окончанием войны в Украине россияне вернутся домой, и грузинское «экономическое чудо» сойдет на нет, упомянутый в статье Reuters, кажется мне минимальным.

Во-первых, конца войны не видно. Во-вторых, даже при самом оптимистичном сценарии – победе Украины на поле боя или в дипломатических кулуарах – санкции и репарации, скорее всего, продолжат сковывать экономику РФ еще очень долго. И привлекательность безвизовой и малобюрократической Грузии для российских граждан будет лишь увеличиваться. Смажется, разве что, эффект низкой базы, который в том числе поддерживает двузначные темпы развития экономик на Кавказе.

Гораздо важнее другие аспекты. По опросам, проведенным грузинскими оппозиционными политиками, до 80% грузин не в восторге от того, какое число россиян въехало в страну. В частности, недовольна молодежь – цены на жилье в Тбилиси уже вдвое превышают таллиннские (до начала вторжения они были примерно одинаковыми) и приближаются к западноевропейским. В этих условиях иногородние студенты-грузины просто не могут снимать жилье в столице, у них нет тех средств, которые привезли с собой, например, российские IT-специалисты. Это уже привело к студенческим протестам. Некоторым постоянным жителям Тбилиси даже пришлось переехать в квартиры похуже, потому что их арендодатели предпочли пересдать жилье россиянам по более высокой цене.

Кроме того, как и эстонцев, грузин беспокоит вопрос безопасности. С 2008 года Россия оккупирует около 20% территории Грузии, причем, по свидетельствам грузинской стороны, российские военные отхватывали от страны еще 100-200 метров то тут-то там, просто передвигая ограничительные столбы своих «зон контроля». Глядя на происходящее в Украине, у многих жителей страны возникают вопросы – не возникнет ли у Кремля желания и на Кавказе перейти к более решительным действиям? А большое число россиян в стране может стать удобным поводом для вторжения – ведь обещал же Путин «защитить» всех русскоязычных вне зависимости от страны пребывания! Отсюда и надписи на стенах домов Тбилиси с общим смыслом: «Оккупанты, убирайтесь домой».

При этом маловероятно, что официальный Тбилиси (по крайней мере, до новых парламентских выборов в 2024) существенно ужесточит условия пребывания для россиян. Причины у этого именно экономические. На сегодня Россия поставляет Грузии около 96% зерна и муки (основа традиционного национального меню), в стране работают около 17 000 фирм, основанных россиянами, с апреля по сентябрь россияне перевели в Грузию гигантскую сумму в 1 млрд 135 млн долларов. Доходы от денежных переводов, туризма и экспорта товаров из России принесли Грузии за десять месяцев 2022 года 12,6% ВВП.

Во время командировки в Берлин я встретился с грузинским журналистом Сандро Гвиндадзе. Вот уже полгода он интервьюирует россиян, переехавших на его родину. Сам он не в восторге от их прибытия. Гвиндадзе признается, что предпочел бы, чтобы обладатели российских паспортов боролись с режимом внутри страны: «Но я не могу требовать, чтобы люди садились в тюрьму». Не нравится ему и то, что многие, если не большинство «релокантов», не пытаются интегрироваться в грузинское общество, а вместо этого создают свой эмигрантский пузырь. В качестве примера он приводит открытые россиянами бары, в которых посетители не могут сделать заказ по-грузински, а только по-английски или по-русски.

Делится он и своей точкой зрения на политику Эстонии, полностью закрывшейся от россиян, в том числе запрещающей получать новые виды на жительство по трудоустройству: «Я думаю, это месть (за оккупацию – прим. автора). И балтийские страны достаточно богаты, чтоб себе ее позволить, а Грузия нет».

Но между «грузинским путем», помогающим экономике, но создающим угрозу безопасности, а также провоцирующим конфликты в обществе, и «эстонским», полностью закрывающим страну от российских денег, кадров и связанных с ними не только рисков, но и преимуществ, есть промежуточные. Вполне может быть, что, ступив на них, Эстония смогла бы преодолеть отдельные свои проблемы, а не усугублять их. Действительно ли Таллинн достаточно богат, чтобы позволить себе неизбирательную месть?