Второе, что я сделал бы, это низвел бы сельское хозяйство до уровня мелкого фермерства и огородничества. Чтобы основная технология там была - лопата и вилы. Абориген, гребущий вилами навоз из-под своей тощей коровы, - нет лучше зрелища для настоящего оккупанта. С другой стороны, я вывел бы из сельскохозяйственного оборота этой страны кучу земли, поскольку лопатой много не напашешь. Пусть зарастает кустами и бурьяном. А народ пусть кушает импортное.
Третье, что я сделал бы, - это угробил бы образование. Нет, совсем уничтожать образование нельзя. Молодежь будет слоняться по улицам и безобразничать. Я придумал бы для нее что-нибудь совершенно бесполезное. Пусть изучают какую-нибудь гуманитарную или этнографическую белиберду. Филологию, политологию, историю... И обязательно - на своем языке. Обязательно! Чтобы в случае попадания за границу - в конкурентные условия - ни на что, кроме мытья посуды, "специалисты" с таким образованием не годились.
Четвертое - я развел бы в этой стране национальную бюрократию. Чем больше, тем лучше. Бюрократ лоялен любой оккупационной власти. Кто его кормит, тому он и лоялен. И семья его - лояльна. И главное: нет лучшего тормоза любому прогрессу, чем жирный бюрократический аппарат. Я бы создал в этой стране с десяток опереточных партий, подкинул бы им какую-нибудь простенькую идейку вроде "особого исторического пути" или "национальной боли" и намекнул: "Воруйте, ребята, и размножайтесь!" Остальное они добили бы сами.
Пятое - я постарался бы загнать оккупированную мною страну в огромные долги. Такие долги, которые надо отдавать десятилетиями. На военном языке это называется "репарации". Народ, работающий на отдачу долгов, покладист и пуглив. С ним можно делать, что хочешь.
Да, и еще: я постарался бы "перевести стрелки". Для этого надо найти оккупированному народу какой-нибудь образ врага. Например, какую-нибудь другую национальность, живущую в той же стране. Народ-то в большинстве своем - не слепой, он заметит, что жизнь его стала какая-то бесперспективная. Так вот, пусть он получит установку, кого надо винить в своих проблемах.
Ну и напоследок - позитивчик. Чтобы оккупированный мною народец не затосковал, я развил бы в этой стране какую-нибудь всенародную самодеятельность. Лучше всего - хоровое пение. Хоровое пение ведь чем хорошо? Тем, что это искусство - без зрителей, поют все - никто не слушает. А значит, с коммерческой и эстетической точки зрения оно непродуктивно. Ну и главное - хоровое пение прекрасно дисциплинирует. Народ, с детства приученный подчиняться дирижеру и по команде повторять один и тот же текст, - мечта любого оккупанта.
Вот что я сделал бы как настоящий, злобный и циничный захватчик с оккупированной мною страной. Впрочем, бывают народы, которые ВСЕ ЭТО со своей страной делают САМИ.
Autor: Юрий Алексеев