Райхельгауз: банки не «купили» идею управления фирмой, не приезжая в Эстонию

«Регуляторы решили искоренить компании-оболочки, компании, не имеющие привязки к стране регистрации. Мы видим, что компаниям, не имеющим экономического содержания, стало очень трудно открыть счёт», - говорит он.

Он также отмечает, что если раньше можно было открыть компанию в Латвии и использовать её как офшор, то после ужесточения регуляций эту возможность прикрыли. Банки, по его словам, «не «купили» идею управления фирмой из любой точки мира», то есть, э-резидентство. Это означает, что они не готовы открывать счета предприятиям, за которыми не стоит реальной экономической деятельности, и у которых нет достаточных связей с Эстонией.

«Что делать в такой ситуации? Можно, конечно, продолжать открывать компании-оболочки и открывать в Чехии, Венгрии, Черногории, возможно, Польше. Но мой прогноз: в течение года-двух повторится та ситуация, которую мы увидели в Латвии и Эстонии: там тоже начнут закрывать счета», - говорит он.

Выходом из этой ситуации является создание substance – то есть, реальной экономической деятельности. Если фирма ведёт реальную деятельность, что-то производит, нанимает сотрудников в Эстонии, то она вполне может здесь обосноваться. Райхельгауз считает, что российским производителям может быть резонно, если не весь бизнес переводить в Эстонию (расходы здесь могут оказаться выше, чем в России), а часть.

Он также отмечает, что нежелание банков открывать счета фирмам-пустышкам зачастую становится дополнительной мотивацией для того, чтобы открывать в Эстонии реальное производство.

«Конечно, закрытие счёта – не причина для того, чтобы построить завод, но это может быть одним из триггеров, который влияет на принятие решения», - сказал он.