Нарвский завод покоряет Европу: «У нас даже уборщица настолько квалифицирована, что может заменить оператора»

В производственных помещениях не должно быть ни пылинки. Перед входом в чистую зону каждый работник переодевается по определенным правилам – снимает обувь, сидя на скамейке посреди раздевалки, перебрасывает ноги через скамейку и надевает чистую обувь. Чистая и грязная обувь не должны стоять на одном участке пола: в производстве критически важны точность и стерильность.

Затем работника обдувает чистым воздухом в специальном шлюзе. В самих производственных помещениях тоже идеально чистый воздух без малейших пылинок – фильтро-вентиляционная система нагнетает чистый воздух под давлением выше атмосферного, чтобы воздух снаружи не мог попасть в чистую зону через щели. Между обычными и чистыми помещениями – окна-шлюзы с системой стерилизации, чтобы передавать предметы в чистую зону.

Завод был запущен в 2011 году, сейчас здесь в две смены работают всего двадцать человек. Когда заказов было больше, завод работал круглосуточно.

Ирина Короткова совмещает в InterVacTechnology функции исполнительного директора, главного технолога и менеджера по качеству. По образованию она инженер-химик-технолог и на завод пробирок пришла после сокращения с Кренгольма.

Поскольку коллектив небольшой, всем приходится друг друга подменять – и не только, когда кто-то заболел. Останавливать, а потом снова запускать конвейер дорого и долго, поэтому на заводе нет общего обеденного перерыва – пока кто-то ест, его работу выполняет коллега.

«Если заболел химик, я иду в цех и работаю смену, – рассказала директор Ирина Короткова. – Я за 14 лет всему научилась, могу работать оператором. Если наладчик заболел, то инженер может работать за него. У нас даже уборщица настолько высококвалифицированная работница, что может заменить оператора и кладовщика на складе, вообще без проблем. Логист может заменять меня, бухгалтер – ее. И мы всегда на связи: все знают, что вторая смена может смело звонить мне до 10-11 часов вечера».

Нанимать дополнительных работников на такие случаи слишком дорого, рассказывает директор завода.

Но есть специалисты, которых заменить особенно трудно: в каждой смене есть химик с высшим образованием, а наладчики оборудования – очень ценные в Нарве кадры, за которых конкурируют Enefit, Aquaphor и NPM Narva.

Операторов оборудования, наоборот, можно обучить довольно быстро. При этом, Ирина в отличие от других директоров нарвской промышленности довольна навыками ребят, которые приходят на эти места из местного профтеха, но волнуется, найдутся ли новые работники после языковой реформы.

Инвесторы решили создать завод в Нарве в расчете на российский рынок, но сейчас продукция идет во многие европейские страны, в Украину, на Кавказ, в Объединенные Арабские Эмираты, Тунис, в ЮАР. Недавно появились клиенты в Венгрии, Румынии и Польше. Самый крупный клиент – литовский дистрибьютор, который закупает по полмиллиона пробирок в месяц и поставляет их в больницы и тюрьмы по всей Литве.

Парадокс, но пробирки местного производства не закупает Нарвская больница, говорят на заводе. На награждении лучших предпринимателей города в конце декабря мэр Нарвы Катри Райк отметила InterVacTechnology за развитие высокотехнологичного производства, прорекламировав продукцию завода и убеждая местных медиков ее покупать.

Исполнительный директор InterVacTechnology рассказала, что главные конкуренты компании – Greiner из Австрии, Sarstedt из Германии и американская корпорация Becton Dickinson, у которых за плечами более полувека опыта.

«Мы на их фоне – самые молодые, но уже зубастенькие, – говорит Ирина Короткова. – Наши пробирки тестировали в клиниках параллельно с продукцией Greiner, которая считается номером один в мире, и все показатели были на уровне».

Даже при такой географии поставок конкурировать с китайской продукцией все равно сложно. Отчасти помогает, что не вся она соответствует европейским медицинским стандартам, которые продолжают ужесточаться. Каждый год InterVacTechnology проходит два аудита – один по системе качества вообще, второй – по соответствию медицинским требованиям. Отдельно в Германии проверяют качество стерилизации пробирок.

Но пробирки в медицине – массовый недорогой товар, и сейчас предприятие пытается вывести на новый рынок уколов красоты продукцию с более высокой добавленной стоимостью. Речь о PRP-терапии (Platelet-Rich Plasma – плазма, обогащенная тромбоцитами), которая используется не только в косметологии, но и ортопедии, спортивной медицине, травматологии и т.д. Метод заключается в том, что у пациента берут венозную кровь, тут же с помощью специальных пробирок и центрифуги делают из нее плазму с повышенным в несколько раз содержанием тромбоцитов и вкалывают в проблемное место – это может быть и кожа лица, и сустав – лечение которых ускоряется.

Ирина Короткова рассказала, что в этих пробирках для PRP-терапии используется дорогой разделительный гель, и в InterVacTechnology разработали наборы для таких процедур.

«Чтобы зарегистрировать такую продукцию, нужен год на клинические испытания и еще год на саму регистрацию, – рассказала директор. – Это стоит более полумиллиона евро, поэтому мы подали заявку на грант в EIS. В Европе таких производителей мало – в основном, они находятся в Германии и Швейцарии».

Менеджер по логистике Елена Рощина добавила, что InterVacTechnology – маленькая для мирового рынка компания, поэтому может выполнять пожелания клиентов, ради которых крупные корпорации не будут перенастраивать производство. Например, для Испании и Украины в Нарве делают пробирки с этикетками на местных языках, а не на английском. Часть продукции выпускают под брендами заказчиков.

Сырье и комплектующие закупаются там, где дешевле – при наличии необходимых медицинских сертификатов, рассказала Ирина Короткова, и иногда выбор страны удивляет. Прозрачную часть пробирки оказалось выгоднее закупать в Китае, а не отливать самим. Пенопласт для упаковки тоже китайский – «возить воздух» через полмира дешевле, чем покупать пенопласт в Европе. Стерильная вода в бутылках для приготовления растворов приезжает из Германии, а аудиторы – из Италии.

Из всех частей пробирки в Нарве отливают только разноцветные крышечки из полиэтилена – для каждого вида анализов принят свой цвет. Термопласт-автомат смешивает расплавленный пластик и нужный краситель. Другая машина вставляет в крышки резинки, которые тоже оказалось выгоднее привозить из Китая. Итоговая производительность – 10 000 готовых крышек в час.

Но сердцем предприятия директор называет небольшую комнату, где «варят химию». Химик соединяет точно отмеренные компоненты, смешивает, нагревает и разливает раствор по стерилизованным стеклянным банкам.

Каждые 15 минут работница берет с конвейера пробирку и взвешивает ее, чтобы убедиться, что добавлено точное количество реактивов. Допустимы очень небольшие отклонения от стандарта. Если их превысить, лаборатория в больнице не сможет сделать анализ, и пациентам придется идти на анализы повторно.

От каждой партии, отправляемой заказчику, на заводе остается несколько пробирок. Если заказчики обнаруживают, что пробирки работают неправильно, на заводе тестируют оставшиеся пробирки из этой же партии. Иногда действительно обнаруживается брак, но чаще проблема оказывается в неправильном использовании пробирок в больнице – например, центрифуга, в которой разделяются компоненты крови, вращается недостаточно быстро, рассказывает менеджер по логистике Елена Рощина.

Ирина Короткова рассказывает, что от работников завода пробирок требуется постоянно быть очень ответственными и собранными, потому что ошибки в таком деле недопустимы, а правильная работа помогает людям быстрее диагностировать болезни, а значит – быстрее возвращать здоровье, говорит директор завода.