Каллас Ратасу: не будь таким неженкой

Премьер-министр Юри Ратас и председатель Партии реформ Кая Каллас провели предвыборные дебаты в эфире радио Äripäev. Ратас вышел из себя, поскольку Каллас постоянно перебивала его. «Не будь таким неженкой», - ответила на это Каллас.

Председатель Партии реформ Кая Каллас и председатель Центристской партии Юри Ратас.  Фото: Andras Kralla

Центристы и реформисты смогли бы создать коалицию, если отступят от некоторых своих принципов, выяснилось из интервью с лидерами партий.

Юри, в вашей программе ясно говорится о том, что Центристская партия займётся подготовкой налоговой реформы, установит классическую европейскую систему прогрессивного подоходного налога и возродит классический налог на прибыль от бизнеса. Вы правда верите, что если в апреле вы придёте к власти, то минфин начнёт готовить законы, и через четыре года всё это воплотится в жизнь?

Ратас: В предвыборной кампании мы исходим из предвыборной платформы, где подобной формулировки о налоге на прибыль компаний нет. Но там есть слова о том, что капитал и прибыль, заработанную в Эстонии, нельзя будет бесплатно выводить из Эстонии.

Что касается прогрессивного подоходного налога, то идеология Цент­ристской партии заключается в том, что в общество нужно привнести большую солидарность, связанность и надёжность, а также то, что люди с низкой и средней зарплатой могли бы зарабатывать больше.

В своей платформе мы не зафиксировали конкретные налоговые ступени, и я считаю, что сегодня делать это было бы неразумно. В политике всегда так – когда фиксируешь цифру, то значит, так и будет.

Будет ли введён прогрессивный подоходный налог?

Ратас: Да, такова наша точка зрения. Сможем ли мы её реализовать, будет зависеть от коалиционных переговоров.

Кая, вы пообещали прекратить налоговый хаос. Насколько вы готовы к компромиссу, если темой обсуждения станет прогрессивный подоходный налог?

Каллас: В этом мы совершенно точно не готовы идти на компромисс. Мы считаем, что освобождение от подоходного налога в размере пятисот евро должно действовать для всех. Его нельзя уменьшать. Кроме того, должна быть единая система, которая была бы справедлива, проста и понятна.

Мы видим, что принесла с собой нынешняя запутанная система. Например, то, что всё больше людей просят зарплату в конвертах. Предприниматели рассказывают, что работники требуют выплачивать часть зарплаты в конверте, чтобы не попасть на следующую степень налогообложения. Давление идёт и потому, что, с одной стороны, предприятиям очень нужна рабочая сила, а, с другой стороны, работающим пенсионерам больше нет смысла работать, поскольку нынешняя налоговая система не мотивирует к этому.

Юри, конечно, сейчас не указал ни одной конкретной налоговой ступени, но если мы посмотрим на последний проект закона, который Центристская партия представила в Рийгикогу для установления прогрессивного подоходного налога, то, насколько я помню, там был зафиксирован уровень, составляющий уже 31% от средней заработной платы.

Ратас: Я лишь хочу сказать, что этот 31% – это запугивание, которым занимается Партия реформ. Мне искренне жаль, что, по моему мнению, Партия реформ потеряла очень много своего такого…

Каллас: Хватит этих ложных комплиментов! На каждых дебатах ты делаешь эти фальшивые комплименты и прибегаешь к уловкам. Законопроект ведь был именно таким?

Ратас: Можно я закончу свою мысль? Я тебя не перебивал. Я считаю, что когда Партия реформ теряет свою решимость, запугивая людей, это - большая проблема.

Каллас: Ну что такое…

Ратас: …этот 31% ни в коем случае не соответствует истине. Нашей целью на тот момент было увеличение доходов людей с низким и средним заработком. Это предложение было сделано в то время, когда ещё не было нынешнего необлагаемого минимума в 500 евро.

Давайте заглянем в будущее. Вы уже сейчас конфликтуете из-за своих противоположных точек зрения. Возможно ли в принципе найти какой-то компромисс, если вдруг вы попадете в коалицию?

Ратас: Нет, я не попал в конфликт. Я действительно исхожу из того, что перебивать не надо. К сожалению, Кая очень часто этим занимается. Я не считаю это правильным.

Вижу ли я возможность для сотрудничества? Разумеется, вижу. Я считаю, что в эстонской политике нет причин говорить, что, например, у нас есть такие вот принципы, такая красная черта, через которую Центристская партия не может переступить. Тогда будет невозможно развивать ни эстонское общество, ни экономику.

В области фискальной политики у нас есть шесть чётких принципов, и если Партия реформ с ними согласится, то я не вижу ни одной причины, почему мы не должны проводить консультации. Первый - то, что мы не повышаем налоговую нагрузку, а бюджет должен быть консервативным. Второе – это науч­но-инновационная деятельность, третье – дигитализация, четвёртое – уменьшение бюрократии, пятое – инфраструктура и шестое – иностранные представительства.

Каллас: Во-первых, я должна перебивать, поскольку ты либо даёшь неверную информацию, либо осыпаешь меня какими-то фальшивыми комплиментами, которые ничего не дают.

Во-вторых, о красной черте. Я считаю, что мы можем сотрудничать с Центристской партией, но есть три момента, в которых мы фундаментально различаемся. Первое – мы хотим иметь единую налоговую систему для всех и будем чётко придерживаться этого принципа. Во-вторых, мы не согласны с позицией Центристской партии предоставлять гражданство без выполнения языковых требований. Третье – мы хотим, чтобы единое образование на эстонском языке начиналось бы в Эстонии с детского сада.

Это те три красных черты, через которые мы не можем переступить. Если Центристская партия согласна с этими позициями, то я считаю, что об остальном мы сможем договориться.

Юри, вы несколько раз хвалили предложения Riigireformi AS (концепция обновления госуправления, предложенная инициативной группой, в т.ч. предпринимателями - ред.), основной совет которого заключается в уменьшении доли общественного сектора. Вас не беспокоят масштабы публичного сектора?

Ратас: Мы постоянно занимались этой темой последние 2,5 года. Даже сегодня, на заседании кабинета правительства, министр госуправления Янек Мягги представлял доклад об этом, в том числе, и о том, как уменьшить бюрократию.

Нынешнее правительство совершенно точно уменьшило число людей, занятых в публичном секторе, а также старалось вывести рабочие места за пределы Таллинна. Примерно 75–80% от этой цели выполнено. Например, мы устранили уездные управы, где было занято примерно 500 сотрудников. Действительно, некоторые из них перешли на работу в местные само­управления, а кто-то всё же устроился на работу в госсектор, но, тем не менее, это было определённым сокращением.

Это утверждение следует из того, что в вашей программе написано, что вы желаете создать пост министра внешней экономики и, кроме того, хотели бы создать позицию советника по предпринимательству при каждом местном самоуправлении…

Ратас: Стоп-стоп, это же совсем другая тема! Да, я искренне считаю, что 79 эстонских местных самоуправлений должны больше заниматься экономической деятельностью. Я даже считаю, что это должно быть одной из обязательных задач в законах о местных самоуп­равлениях.

Теперь, если вы говорите о создаваемой позиции министра при министре иностранных дел или при Министерст­ве иностранных дел… Мне приходилось представлять Эстонию заграницей в составе многих иностранных делегаций. Этого очень ожидают организации, которые занимаются предпринимательством, и, по моему мнению, в этой области Эстония сделала недостаточно. Это вопрос экономических советников EAS, а также позиция людей, экономических дипломатов, работающих в посольствах Эстонии заграницей…

Каллас: Да-да, это и есть причина того, почему мы перебиваем, иначе бы ты только и делал, что говорил.

Ратас: Мне очень нравится участвовать в этой программе, когда три человека занимают одну позицию, а я другую.

Каллас: Не будь таким нежным! Если проводятся дебаты, то нужно давать говорить и другим и спорить друг с другом.

Поделиться:
Самое читаемое