Почему России не помог «поворот на Восток»

Но Китай разрушил этот занавес даже раньше перестроечного СССР, еще в конце 1970-х годов. Именно тогда пришедший к власти Дэн Сяопин восстановил связи с западными странами и начал в Китае процесс полномасштабных экономических реформ. Эти реформы к сегодняшнему дню фактически превратили Китай в мировую фабрику ширпотреба. Китайские компании активно используют новейшие сетевые и логистические технологии, доставляя свою продукцию – от автомобилей и электроники до одежды и бытовых мелочей – по адресным заявкам потребителям всего мира и по более привлекательным ценам, чем обычные магазины в разных странах, где торговые налоги существенно выше.

Поэтому последнее, в чем заинтересован современный Китай, – это попасть в какую-то глобальную изоляцию и под международные санкции, куда загнала себя путинская Россия своей войной против Украины. Кстати, именно поэтому опасения, которые иногда высказываются по поводу возможного китайского вторжения на «сепаратистский» Тайвань, выглядят преувеличенными. Пекинское руководство прекрасно понимает, что это будет означать разрыв многомиллиардных экономических контрактов с развитыми странами, прежде всего с США и ЕС. А страны Евросоюза импортируют больше всех в мире китайских товаров. Поэтому европейский рынок для Китая гораздо важнее российского.

Китай как вторая экономика планеты ведет свою глобальную стратегическую игру, и поэтому его невозможно называть каким-то союзником России, как представляется в фантазиях московских «геополитиков». Они, как и Путин, все еще ментально зависают в прошлой эпохе, когда второй экономикой мира был СССР, а КНР до Дэн Сяопина оставался преимущественно аграрной страной. Но есть весьма показательная фотография того, как выглядели города на противоположных берегах Амура – Благовещенск в России и Хэйхэ в Китае – в 1970-х годах и каковы они сейчас. Российская сторона изменилась мало, а китайская из безлюдной степи превратилась в постиндустриальный город.

Конечно, на различных международных площадках, в том числе на сессиях ООН китайская делегация всегда выступает очень обтекаемо, не присоединяясь ни к западному осуждению российской войны, ни к прямой поддержке России. В этом есть нечто конфуцианское. Вместе с тем, по инсайдерским данным, Си Цзиньпин резко предостерег Путина от мыслей о возможном применении ядерного оружия, чем любят пугать планету кремлевские пропагандисты. И голос Пекина звучит для Москвы более убедительно, чем заявления западных лидеров, которые сами опасаются российской агрессии. А Китай может себе позволить ее не бояться.

В сентябре в Пекине состоялся грандиозный военный парад по случаю 80-летия победы во Второй мировой войне. Хотя роль тогдашнего Китая в разгроме Японии была не особо значительной, но сегодняшние глобальные пропорции существенно изменились. Особенно наглядно выглядела сцена шагающего в центре радостного Си, нарядившегося во френч эпохи Мао, по бокам от которого шествуют Путин и Ким Чен Ын. Для Кима, понятно, это высокая честь, а вот для Путина, привыкшего воспринимать себя наследником сталинского СССР, эта «боковая» роль, мягко говоря, непривычна. Но ему теперь приходится с ней мириться. Тем более, что отношения с Трампом, похоже, так и не заладились – президент США оказался не готов восстанавливать прежний уровень связей с Россией, «забыв» про развязанную ею войну.

Есть исторический парадокс в том, что, пустившись в имперские амбиции, постсоветская Россия предала наследие основателя Российской империи. Петр I стремился к модернизации и европеизации страны, а Путин фактически заколотил «окно в Европу». Нынешняя Россия все более становится политическим вассалом и сырьевым придатком Китая. Вопрос только в том, сколь долго нужен будет Китаю этот вассал, возомнивший себя империей и угрожающий европейским странам, с которыми Поднебесная желала бы поддерживать успешные экономические отношения.