Нужны ли Эстонии 100 000 украинцев?

Комментарий профессора Тартуского университета Лаури Леппика, касающийся проблем нашей пенсионной системы, заинтриговал, как пишет Стадников, и его. Эти проблемы напрямую связаны с демографической ситуацией. И в качестве одного из вариантов решения тартуский профессор не исключает ввоза трудоспособного поколения налогоплательщиков, в частности, украинских сварщиков.

Но достаточно ли привлекательны предлагаемый предпринимателями в Эстонии уровень зарплаты и вообще среда труда и обитания? Отсюда, как пишет Стадников, и начинаются сомнения. Он напоминает, что, согласно целому ряду недавних опросов, примерно 40% неэстонской молодежи в возрасте до 29 лет (среди которых примерно 70% владеет в разной степени эстонским языком) намерено навсегда покинуть Эстонию. Направление эмиграции – страны ЕС.

Власть, естественно, уже учитывает неизбежность углубления социально-демографических проблем в предстоящие два десятилетия. Для того, чтобы как-то смягчить их, планируется расширить привлечение к нам рабочих высокой квалификации и специалистов по ИТ, у которых здесь, как правило, не будет глубоких семейных корней и которых проще будет в результате держать в узде. Разумеется, за зарплату выше средней. Как будет достигнута эта цель, мы, как считает Стадников, увидим лет через пять.

Но кто окажется основным конкурентом здешних вербовщиков? На Украине и в Белоруссии, безусловно, Польша. Словакия и Чехия. Условия жизни там, а также достаточная распространенность русского языка делают эти страны весьма привлекательными для эмиграции. Взвешивая аргументы за и против отъезда на работу в Эстонию, часть потенциальных эмигрантов, несомненно, будет учитывать наши напряженные этно-социальные отношения (обстоятельства беспорядков в с вязи с переносом «Бронзового солдата» достаточно хорошо известны в странах СНГ). И откажется от Эстонии. Те же, кто все-таки решит приехать к нам, будут, если взглянуть на дело объективно, дополнительно заботиться о том, чтобы русский язык отсюда никуда не исчез.

На самом деле надо готовиться прежде всего к появлению т.н. евромигрантов, большую часть которых, увы, нельзя отнести ни к квалифицированным рабочим, ни вообще к людям труда. Такова, по мнению автора, перспектива.

Сергей Стадников обращает внимание на надежды профессора на то, что приблизительно к 2025 году, когда мы могли бы рассчитывать на появление примерно ста тысяч украинцев, уже произойдет интеграция и ассимиляция русскоязычного населения, так что мы сумеем переварить новую порцию. Во-первых, откуда, задается вопросом автор, такой оптимизм? Во-вторых, как отмечает Стадников, «университетский профессор, сумевший в тяжелейших условиях продолжавшейся десятилетия советской аннексии поучить высшее образование на родном языке, хладнокровно и спокойно рассуждает об ассимиляции, как таковой». Нелегко применять принципы демократии к самому себе.

В заключение Стадников вспоминает потрясшую его идею ангажированного и одиозного, как он отмечает, автора Каарела Таранда, которую тот высказал в связи с открытием в России контор по вербовке т.н. соотечественников прежде всего в странах «ближнего зарубежья». Таранд предложил на законных основания взыскивать с желающих эмигрировать деньги, потраченные государством на их образование. Это, как напоминает Сергей Стадников, как раз то, что делали советские власти по отношению к желавшим эмигрировать из СССР евреям.

Autor: dv.ee Istsenko Olga