8 января 2010

Экономический кризис - это не Судный день

В Эстонии широко распространено мнение, что экономический кризис, как Судный день, когда „плохие“ получают наказание, а „хорошие“ - вознаграждение.

Например, руководитель Института конъюнктуры Марье Йозинг надеется, что кризис собьёт спесь с жителей Эстонии, которые в последнее время совсем обленились. Специалист по связям с общественностью Янек Мягги пишет в Delfi, что во время бума „никто не хотел работать - люди всё ездили в Египет или Южную Америку отдыхать после очень сильного стресса“. Кризис же, как лесной санитар, который очищает лес от инфекций. Но так ли это? Неужели плохое случается только с плохими людьми, фирмами и странами, задаётся вопросом Прийт Симсон на страницах Eesti Paevaleht.

Конечно, непродуманный бизнес вылетит в трубу, и глупые планы развалятся быстрее, чем умные, но всё это больше напоминает религию, чем экономику. Если посмотреть на жизнь сотен тысяч жителей Эстонии, подобные слова покажутся неуместными.

Глупо звучит обращение, например, к библиотекарю о сокращении его „чрезмерно раздутой“ зарплаты в 7000 крон. И подобных людей тысячи и тысячи. И чем ниже ты находишься в цепи, тем больше вероятность, что удар придется именно по тебе.

У работницы, укладывавшей кильку в банки, работы нет уже давно, а банковские работники, заварившие всю эту кашу, продолжают греть свои кресла. Конечно, есть и среди банкиров те, кто потерял работу, но вряд ли они перебиваются сейчас с хлеба на воду. Или, как сказал предприниматель Индрек Нейвельт: „Рыба начинает гнить с головы, но чистят ее всегда с хвоста“.

Почему о кризисе нельзя думать как о божественном возмездии? Да потому, что это перекладывает ответственность на других и оправдывает людей, которые относятся к работникам как к пушечному мясу.

Кризис возник не из-за того, что дома были плохо построены и в магазине плохо обслуживали. Кризис - это последствия неуемности кредитных учреждений. Система больна. Эту болезнь могли бы купировать, и сейчас могут вылечить те, кто управляет её течением.

Обратимся к другой аналогии. Русский солдат, попавший во время Зимней войны в окружение, мог быть смелым воином, но если недалёкие начальники не обеспечили его тёплым обмундированием, питанием и боеприпасами, то его судьба была предрешена. Обвинения военачальников в трусости или, как в нашем случае, в жадности и лени, скрывают невыполненную работу сильных мира сего.

Autor: dv.ee Istsenko Olga

Самое читаемое