Наши инкогнито на мировых биржах

Здесь есть лишь одна особенность – акции этих компаний торгуются не на Таллиннской бирже, а на биржах Амстердама, Лондона, Москвы или Нью-Йорка, не говоря уже о Хельсинки и Стокгольме.

Несмотря на то, что лишь позавчера на Таллиннской бирже состоялись проводы Eesti Telekom - предприятия, присутствовавшего на ней в течение одиннадцати лет, оно на самом деле осталось на бирже. Более двух тысяч работников концерна больше, чем когда-либо прежде, влияют на движение акций компании TeliaSonera, которая может отныне записывать на свой счет все 100 процентов заработанных Eesti Telekom крон. Вклад Эстонии в консолидированную прибыль скандинавского концерна составляет 5%. По меньшей мере несколько десятков работающих в Эстонии фирм вносят свой вклад в качестве дочерних предприятий в движение акций больших и известных зарубежных компаний. И вклад охранника из фирмы G4S в Таллинне в движение акций компании на Лондонской бирже примерно равноценен вкладу его коллеги из той же фирмы, работающего в столице Кении Найроби. При этом, конечно, совокупный вклад отдельных лиц, когда речь идет о биржевых гигантах, маргинален.

Дочерних предприятий биржевых фирм может быть в Эстонии, по оценкам, где-то в районе двух сотен. Примерно половина из них сами выросли здесь с нуля, другая половина появилась в результате поглощения и реорганизации эстонского капитала.

Хорошо это или плохо и как влияет на способность Эстонии противостоять кризису?

По словам министра экономики Юхана Партса, в условиях кризиса иностранный собственник может помочь, если он способен предложить в трудных условиях необходимый оборотный капитал. Нельзя забывать и о том, что крупные зарубежные концерны имеют лучший доступ к капиталу. Сейчас, когда царит всеобщее недоверие к Балтийским странам, принадлежность предприятия к крупному и известному концерну способно несколько смягчить это недоверие. Чужие деньги принесли в Эстонию новые технологии, знания и каналы сбыта, без чего мы могли бы оказаться бессильны. В то же время может случиться и так, что решения акционеров, вынесенные за морями и горами, окажутся совершенно не по нраву здесь.

В мировой экономике вообще нелегко определить, кому на самом деле принадлежит капитал. В нынешних условиях накопление в Эстонии собственных средств выглядит красивой сказкой. Собственно, и прежде накопить и сосредоточить здесь очень большие средства было не очень реально. Предприятия, с большой помпой созданные в начале 90-х годов, на сегодняшний день проданы – начиная хотя бы с Hansapank и кончая Сакуским пивоваренным заводом.

Но, несмотря на то, что многие из нас изо дня в день трудятся на благо акционеров материнских компаний, даже часть руководителей здешних «дочек» не ощущают того, что их усилия влияют на благополучие расположенных на чужбине материнских предприятий. Еще меньше они ощущают возможность влиять на цену акции. Стратег приватного банкинга SEB Пеэтер Коппел отмечает, что очень немногие работники в Эстонии чувствуют, что работают на благо биржевого предприятия. Тармо Нооп, глава знаменитого пивоваренного предприятия A. Le Coq, целиком принадлежащего финскому биржевому концерну Olvi Oy, утверждает, что непосредственная принадлежность к рядам финских биржевых компаний его никак не затрагивает. Влияние проявилось бы, по его словам, лишь тогда, когда свободно торговалась бы половина или больше акций материнской фирмы. Сейчас свободно торгуется лишь четверть ее акций.

Многие руководители указывают на то, что нажим со стороны местных собственников и их вмешательство в работу исполнительного руководства больше, чем в международных биржевых фирмах.

Представители расположенных в Эстонии дочерних предприятий в собраниях акционеров обычно не участвуют, но внимательно следят за тем, о чем там говорится и на что обращается внимание.

Autor: Катарийна Крючкова