Внимание! Эта статья была опубликована более 5 лет назад и относится к цифровому архиву издания. Издание не обновляет архивированное содержание, поэтому, возможно, вам стоит ознакомиться с более свежими источниками.

    Вице-канцлер: реформа НСО  —  именно то, что надо

    "Как бы вы поступили, узнав, что ежегодно ваше предприятие теряет около 200 миллионов евро?" - задает вопрос вице-канцлер Министерства экономики Таави Котка.

    Затем следует понять, в чем же заключается корень проблемы. Вы осознаете, что из 73 000 ваших партнеров часть вели нечестную игру, но точно не знаете, кто же был честен, а кто нет. Решаете поднять эффективность контроля за сделками. На вас работет 130 специалистов, которые ежедневно занимаются контролем, однако получение дополнительной информации от партнеров остается проблематичным. Из 441 000 ежегодных сделок ваши специалисты могут проконтролировать лишь 3%. Проверка лишь этих трех процентов ежегодно помогает разоблачить обманы на сумму 25 миллионов евро
    25 миллионов евро, по сравнению с 200 миллионами – это все-таки мало, пишет Коткас. Даже если штат сотрудников, занимающихся контролем, увеличить в 2 раза, желаемого эффекта это не даст, поскольку в лучшем случае позволить просмотреть лишь 6% сделок. Для автоматизации контроля необходимо получать больше информации от партнеров. Информацию эту нужно попросить таким образом, чтобы они не дай бог не обиделись – это же не их проблемы, что вы не можете нормально контролировать процессы в собственном предприятии.
    Что же в этом случае делать? Прежде всего, нужно просить настолько мало дополнительной информации, насколько это возможно. Еще лучше, если запрашиваемая информация уже находится в учетных системах ваших партнеров. Во-вторых, нужно мотивировать партнеров делиться этой информацией с вашим предприятием, ведь партнерские отношения должны быть полезны для обеих сторон.
    Прежде всего, следует мотивировать тех, у кого все в порядке и кто на протяжении долгого времени был для вас хорошим партнером. Им можно предложить какую-нибудь скидку – например, процентный пункт с товара, который называется «социальный налог». Скидку всегда можно установить, поторговавшись.
    Реформа декларации о налоге с оборота, которая была отклонена пару недель назад, по своей сути – хорошая вещь, пишет Котка. Точнее сказать, это единственный способ разумной автоматизации контроля НСО, считает вице-канцлер.
    Разные страны пытаются решить ту же проблему по-разному. Так, в Бразлии покупатель переводит деньги прежде всего налоговому департаменту, а департамент, в свою очередь, передает деньги продавцу. Финляндия задумалась об идее split-payment: при переводе денег банк передает налоговую часть сразу в департамент, и до продавца эти деньги не доходят. Эстония по этому пути идти не захотела.
    В Эстонии система контроля НСО не изменялась на протяжении 10 лет, в то же время декларации о социальном и подоходном налоге существенно дополнялись, и ежемесячно необходимо заполнять до семи дополнений к декларациям. Государство не требует больше информации, чем уже имеется в бухгалтерии предприятия.
    К сожалению, разъяснения, почему это нововведение выгодно обеим сторонам, не было, и это погубило все конструктивное обсуждение, считает Котка.
    Больше информации при декларации НСО необходимо не только для осуществления надзора за налогами. С точки зрения IT-решений это позволило бы двигаться по направлению к модели, общее название для которой - Real Time Economy.  Это стимулировало бы развитие электронного делопроизводства, и в итоге не только не увеличило бы административные расходы предприятий, но снизило бы их. Стыдно смотреть, как в IT-государстве бухгалтеры вручную вбивают в систему pdf-счета, вместо того, чтобы автоматически менять информацию, пишет вице-канцлер.
    Утечки коммерческой тайны не будет. Также как в банках и медицинских учреждениях, в Налоговом департаменте сделано все, чтобы подобный риск не возник. Предприниматель должен всегда иметь возможность получить обзор того, кто и с какими целями интересовался информацией о нем.
    Будучи гражданами страны, мы являемся дольщиками описанного выше гипотетического предприятия, и поэтому мы должны решить – 200 миллионов в год – это большая потеря, или нет. Если да, то ради чего, кроме честной и конкурентоспособной экономической среды, партнеры были бы согласны делиться большим количеством информации, необходимой для автоматизации систем контроля? - задается вопросом вице-канцлер.
    Другие решения, выдуманные в остальном мире, будут стоить гораздо дороже, как государству, так и его партнерам, заключает Котка.
     
     
  • Самое читаемое
Компании по найму рабочей силы все более жестоко эксплуатируют сотрудников
Из-за охлаждения экономики Эстонии и роста числа банкротств число трудовых споров в прошлом году выросло на 20%. Трудовая инспекция обещает усилить надзор за компаниями по аренде рабочей силы, поскольку они нарушают права работников.
Из-за охлаждения экономики Эстонии и роста числа банкротств число трудовых споров в прошлом году выросло на 20%. Трудовая инспекция обещает усилить надзор за компаниями по аренде рабочей силы, поскольку они нарушают права работников.
Крупные банки ожидают дальнейшего роста Nvidia
Американские инвестиционные банки и аналитики фондового рынка верят в дальнейший успех Nvidia и продолжают устанавливать новые, более высокие целевые цены.
Американские инвестиционные банки и аналитики фондового рынка верят в дальнейший успех Nvidia и продолжают устанавливать новые, более высокие целевые цены.
Не в деньгах счастье, но производительность и инвестиции от него зависят
Экономика знаний, на которую возлагаются большие надежды, требует прежде всего психологического комфорта, и в этом плане Эстонии есть куда стремиться, пишет ассоциированный профессор Стокгольмской школы экономики в Риге Петер Зашев.
Экономика знаний, на которую возлагаются большие надежды, требует прежде всего психологического комфорта, и в этом плане Эстонии есть куда стремиться, пишет ассоциированный профессор Стокгольмской школы экономики в Риге Петер Зашев.
Девелопер Александр Краус – о ценах, кризисе и конкуренции: «Это был какой-то апокалипсис»
Кризис 2008 года значительно отличается от того, что происходит на рынке недвижимости сейчас, рассказал в интервью «Деловым ведомостям» основатель и член правления компании Krauss Kinnisvara Александр Краус. По его словам, кредиты тогда выдавались безответственно, а девелоперами становились все кому не лень.
Кризис 2008 года значительно отличается от того, что происходит на рынке недвижимости сейчас, рассказал в интервью «Деловым ведомостям» основатель и член правления компании Krauss Kinnisvara Александр Краус. По его словам, кредиты тогда выдавались безответственно, а девелоперами становились все кому не лень.