Не надо класть ключи на стол

Людям, потерявшим возможность погашать банковский кредит, конечно, не позавидуешь, и какие-то механизмы помощи им должны быть. Тем более что причины эти нередко от задолжавших людей напрямую не зависят. Однако от обсуждавшейся несколько лет назад идеи «ключи на стол», по мнению ДВ, отказались правильно, и возрождать её сегодня не надо.

Реанимирована она была группой депутатов-центристов, внёсших соответствующий парламентский запрос в связи с тем, что такой закон был принят Сеймом Латвии. Отвечая на запрос, министр юстиции Андрес Анвельт не исключил подобной возможности и у нас, хотя и сделал это достаточно осторожно. Есть ряд причин, заставляющих проявлять осторожность. Ситуация на рынке недвижимости сегодня сильно отличается от той, что была 6-7 лет назад, когда он упал до плинтуса. Цены на жильё не падают, а, скорее, растут, в результате чего рыночная цена залогового имущества может при его реализации покрыть кредитный остаток. Растут, что бы там ни говорили, и доходы населения. Банки, обжёгшиеся на кризисе, ведут себя намного сдержаннее и ответственнее и в отличие от положения дел, скажем, в 2006-2007 годах не навязывают при помощи агрессивных рекламных кампаний нам кредитов. Сознательнее стали и люди, наученные своим собственным или чужим опытом кризиса.

Сегодня просроченные жилищные кредиты составляют, например, в эстонском филиале Danske Bank, по словам его директора Айвара Рехе, всего 1,3% от портфеля. Примерно такие же показатели и у других банков.

Чем же грозит законодательное введение принципа «ключ на стол»? Банки вовсе не заинтересованы становиться риэлторами. Испугавшись, пусть по описанным выше причинам и излишне, что к ним хлынет поток «ключей» и им придётся списывать «дохлые» кредиты, банки компенсируют этот страх, во-первых, повышением процентной ставки, а во-вторых, резким увеличением суммы собственного финансирования. Сейчас она составляет 10-15%, в Латвии поговаривают о её росте до 30-40%. В итоге кредит станет просто недоступен тем, кто в нём особенно нуждается – прежде всего молодым семьям, у которых просто нет таких денег. Спад в кредитовании скажется и на рынке в целом. Банки не захотят рисковать, они и не должны этого делать, поскольку у них не свои деньги, а деньги вкладчиков и акционеров. Этого, похоже, не понимают или делают вид, что не понимают, авторы запроса, когда в ходе его обсуждения заявляют, что, отказываясь от принципа «ключи на стол», политики лишний раз подтверждают своё нежелание повернуться лицом к народу, а не к банкам.

Существует целый ряд других механизмов рассеивания и минимизации рисков кредиторов и кредитополучателей. Во время кризиса, чтобы уберечь должника от долговой ямы, был принят Закон о защите долга (Volakaitseseadus), предусматривающий санационные процедуры. Есть целая переговорная процедура с банками, которые не отказываются ни от кредитного отпуска, ни от пересмотра графика погашения долга. Банкам, повторим, недвижимость не нужна. Андрес Анвельт, говоря о возможности принятия идеи «ключи на стол», заметил, что это может быть одной из возможностей, предусмотренной в договоре между кредитополучателем и банком. Можно, наверное, подумать и о страховании от обесценивания недвижимости – если, конечно, на такое согласятся страховщики. Запрос центристов появился в разгар предвыборной кампании. Ровно в такое же время принимался и закон в Латвии.