Финансовое бремя или основа идентичности? У Эстонии нет ответа, что делать с сельскими школами

В настоящий момент в Эстонии действует программа поддержки малых школ, но только тех, которые дают образование 1-й и 2-й ступени, иначе говоря, до 6-го класса включительно. По оценкам правительства, на субсидии могут рассчитывать около двух десятков образовательных учреждений.

«Я твердо выступаю за то, что как минимум до шестого класса дети должны иметь возможность ходить в школу вблизи от дома. Правительство разрабатывает соответствующие меры поддержки, чтобы сохранить и небольшие сельские школы», – заявляла в этом году министр образования и науки Кристина Каллас.

В то же время в министерстве говорят о неизбежном сокращении школьной сети. Причины – низкая загруженность части образовательных учреждений, нехватка педагогов, а также дефицит бюджетных средств. Для того, чтобы понять, как именно реформировать систему школьных учреждений, минобразования в 2023 году заказало исследование «Эффективность школ и школьной сети». При этом конкретная стратегия реформы малых школ на ближайшие годы пока не представлена.

«Самая большая проблема сельской жизни – это отсутствие школ. И чья это проблема? Это проблема государства», – комментирует вопрос сохранения малых образовательных учреждений в подкасте ДВ «Куры не клюют» режиссер, энтузиастка сельской жизни Алена Суржикова.

По ее словам, в Кяру, где много лет жила ее семья, сегодня осталась только школа 1-2-й ступени, хотя, по оценке Суржиковой, в поселке можно было бы открыть даже гимназию. «Понятно, что проблема образования у нас настолько острая, что учителей не хватает даже в городах. Но государство должно сохранять школы. Потому что, если не будет в деревнях школ, не будет и жизни. Если детям некуда ходить в школу, семья переедет туда, где школы есть», – отмечает она.

Укрупнение школ и тотальная урбанизация, по мнению Суржиковой, угрожает сегодня самому сохранению самобытности Эстонии.

Суржикова полагает, что сегодня центральные власти мало озабочены сохранением малых школ на селе, концентрируясь на сохранении бюджетного баланса. «Сколько там в Кяру учеников? 50? А, все, вычитаем, закрываем. Так же происходит и в других местах», – сетует она. При этом, по мнению сторонницы сохранения малых школ, самоуправления не проявляют достаточно самостоятельности, следуя указаниям из Таллинна, в ущерб качеству жизни на местах.

Другого мнения придерживается Энн Вескимяги, предприниматель и член совета Союза работодателей. По его словам, сегодня Эстония находится на ведущих позициях по доле финансирования, которая тратится на образование, однако средства эти расходуются неверно. В частности, по мнению Вескимяги, средства, которые сегодня выделяются на строительство новых и переоборудование уже существующих школ следовало бы вкладывать в подготовку учителей и повышение зарплат педагогам.

Критикует он и недостаточную смелость в вопросе оптимизации школьной сети. «Мы знаем, сколько учеников поступит в 1-й класс через семь лет. Знаем, сколько первоклассников будет в следующем году, и еще через год. Эти данные все есть. Но мы все равно ни одну школу не можем закрыть, да еще и открыли в этом году две новые гимназии», – недоумевает Вескимяги.

Нерешительность в закрытии нерентабельных школ он связывает в том числе с тем, что в большинстве советов самоуправлений сегодня заседают в том числе директора школьных учреждений: «Вот скажите, какой директор внесет в совет самоуправления предложение "Давайте закроем мою школу"? Никогда не будет этого».

По мнению Вескимяги, образовательную систему после 6-го класса следовало бы передать из ведения местных самоуправлений Министерству образования, что позволило бы принимать решения об эффективной оптимизации школьной сети.