Эстония зависит от российских металлов, но борется с этим

«Поскольку ввоз этой продукции из России сегодня не запрещен, компании ориентируются на более низкую цену, которую может предложить Россия из-за отсутствия в этой стране жестких экологических требований, а также наличия государственных субсидий, эффекта масштаба и других аспектов. В Эстонии эти металлы не встречаются в количествах, которые стоит добывать (кобальт и никель), или в подходящей химической форме (алюминий)», – комментирует директор Института геологии TalTech Олле Хинтс.

Судя по данным Департамента статистики, алюминий действительно был крупной статьей импорта из России в 2023 году. Однако его доля продолжает снижаться. «За восемь месяцев 2024 года из России было импортировано алюминия и алюминиевых изделий на общую сумму 812 тысяч евро. Доля России в общем импорте алюминия и алюминиевой продукции составляет 0,6%. И тенденция явно нисходящая. В прошлом году из России было импортировано более 12 миллионов евро, а в 2022 году соответствующей продукции было импортировано на 23 миллиона евро», – ответила ДВ руководитель отдела предпринимательства Министерства экономики Мари Алликмаа.

То есть, в 2022 году из России приходило 17,5% всего импортного алюминия, в 2023 году – 13% (это даже больше, чем пишет российская пресса) и только 1% в первые 8 месяцев 2024 года, подсчитали ДВ исходя из официальной статистики.

Стремительно упала и доля никеля. В поставках никеля на Россию пришлось 27% в 2022 году, однако в 2023 году доля упала практически до нуля (0,2%, тут российские СМИ дают цифру в разы выше) в 2023 году. Тут отдельно нужно сказать, что в группу «Норникеля» входит производственная компания Norilsk Nickel Harjavalta OY – дочернее предприятие со 100%-ной долей владения. Поставки этого завода дальше в Европу не отражаются в таможенной статистике как импорт из России.

Но закупки кобальта снижаются медленнее: если в 2022 году доля России была 5,8%, то в 2023 году – 4,6%, и 3,8% за январь-август 2024 года.

Если смотреть на общий импорт металлов и металлопродукции, то зависимости как будто нет: доля России составляет около 0,1%, как уточнила Алликмаа. «Скромные цифры и эту тенденцию можно объяснить, в том числе, санкциями. В апреле 2022 года ЕС ввел запрет на ввоз из России алюминиевых плит, листов и полос толщиной более 0,2 мм. В декабре 2023 года в 12-м санкционном пакете к этому были добавлены некоторые изделия из алюминия, такие как проволока и трубы, а также алюминиевая фольга», – объясняет чиновница.

Эстония работает над тем, чтобы эту зависимость снизить. Страна стала 14-м членом ассоциации Minerals Security Partnership.

«Эстония никогда не станет независимой от импорта ископаемых и особенно металлов, в которых нуждается наша промышленность и общество», – комментирует Хинтс. Однако можно изменить поставщиков. Редкоземельные металлы есть в достаточном количестве в других странах, помимо России, отмечает он. «Мы являемся частью Европы, которая также никогда не будет полностью независимой во всех товарах, но сегодня пытается сократить импорт из враждебных и недружественных стран», – говорит Хинтс.

Государство поддерживает собственные разработки и разведку месторождений. Этим, в частности, занимается Институт геологии под руководством Олле Хинтса: «У нас есть ресурсы, которые могут представлять интерес для Европы и мира в будущем (редкоземельные металлы, фосфориты), если их рыночная стоимость когда-либо перевесит ущерб окружающей среде и затраты на производство. Такие ресурсы необходимо знать с учетом будущего. Но у нас также есть местное сырье, которое мы все равно используем (например, известняк, горючий сланец, торф), но для которого нам нужно найти лучшие варианты производства и повышения стоимости, чем раньше», – рассказал он.

«Несколько институтов и исследовательских групп TalTech занимаются изучением минерального сырья и его обогащением, существует множество текущих проектов, и перечислять их все, наверное, нецелесообразно», – рассказал Хинтс.