Назначение Марины Кальюранд: так звёзды сошлись

В среду Рыйвас отправится в Кадриорг, чтобы представить президенту Тоомасу Хендрику Ильвесу кандидата на пост министра иностранных дел Марину Кальюранд.

То, что премьер-министр и возглавляемая им Партия реформ остановились именно на этой кандидатуре, стало как раз причиной второго, радостного, удивления. Недоумение же было вызвано предыдущим выбором в пользу ушедшей теперь в отставку Кейт Пентус-Розиманнус. Впрочем, если быть точным, то никакого особого недоумения в тот раз и не было, поскольку тогда вызвавшее недовольный ропот назначение совершилось в полном соответствии с партийной логикой.

Большинство наблюдателей, не исключая и автора этих строк, мало сомневалось в том, что и на сей раз реформисты пойдут проторенным путём. Имя вице-канцлера МИДа Марины Кальюранд хоть и мелькнуло несколько раз, но в длинном ряду тех, «кто мог бы…», и в контексте «хорошо бы, конечно, но…». Структура государственной власти не только в Эстонии, но и во всех странах с парламентской формой правления, построена таким образом, что министрами становятся политики из партий, входящих в правящую коалицию, по итогам межпартийного дележа портфелей. (В этом принципиальное отличие формирования политических правительств парламентских стран от формирования, например, правительства России, где оно носит в основном технический характер). Карьерный дипломат во главе МИДа Эстонии чрезвычайно редкое явление – на память приходит только полугодовая, временная, каденция Рауля Мялка.

Почему же выбор пал в пользу Марины Кальюранд? Можно предположить совокупность целого ряда причин, не расставляя их по ранжиру. Положение и реноме Партии реформ таково, что её руководство, видимо, поняло: капризничать и пропихивать «своего человечка», особенно после Кейт Пентус-Розиманнус, не стоит. Но не стоит и отдавать такое ключевое министерство, как МИД, в чужие (партийные) руки. Беспартийный кандидат в данном случае предпочтительнее, тем более, что партийность – дело, как известно по многочисленным примерам, наживное. При этом такой не политический кандидат должен обладать профессиональным опытом и пользоваться авторитетом в обществе.

Этим условиям Марина Кальюранд, бывшая, в частности, послом в Москве в судьбоносном 2007 году, вполне отвечает. Чрезвычайно важный момент в сложившейся ситуации – приемлемость кандидата для разных политических сил. Таким приемлемым для всех и «приятным во все отношениях» был Урмас Паэт, но он, как я уже писал неделю назад, выпал из обоймы. Судя по откликам на предстоящее назначение представителей практически всех партий, с приемлемостью у Кальюранд тоже всё в порядке. Она, пока, во всяком случае, устраивает всех.

И, наконец, lost but not least, Марина Кальюранд – женщина. В последнем правительстве Рыйваса их и так было неполиткорректно мало, а после ухода Пентус-Розиманнус осталась и вовсе одна Урве Пало. У Партии реформ было, по меньшей мере, две сильные женские кандидатуры – бывший министр внешней торговли (опыт!) Анне Сулинг и Кайя Каллас. Но Сулинг, во-первых, сразу исключила эту возможность, а, во-вторых, она представляет внутрипартийную оппозицию, что опаснее беспартийности, хотя и снимает с премьера обвинения в предпочтении своих. А амбициозная Кайя Каллас вкупе с амбициями её отца Сийма Калласа – это перебор для нынешнего партийного руководства. Вот так счастливо звёзды и сошлись на Марине Кальюранд.