Эстонские налоги как парадокс на грани абсурда

Выход социал-демократов из кабинета министров многих заставил говорить о «поправении» правительственного курса. Правда, критерии «правизны» и «левизны», во всяком случае в экономическом смысле, сегодня весьма размыты.

Конечно, правые обычно стремятся к сокращению бюрократии и снижению налогов. И некоторые налоговые послабления новый кабинет действительно обещает. Но когда дело доходит до вопроса, который уже давно обсуждается и политиками в Рийгикогу, и экономистами, «поправевшее» правительство решительно выступает против.

Речь идет о налоге с оборота на продукты питания, который в Эстонии сегодня составляет 22 процента, а с июля вырастет до 24. По этому уровню Эстония занимает второе место среди европейских стран с самыми высокими ставками налога на базовые продукты питания. Выше ставка только в Дании – 25 процентов. Фактически, еда в Эстонии облагается налогом наравне с предметами роскоши. А в Финляндии, например, этот продуктовый налог составляет 14 процентов, в Германии – 7, во Франции – 5,5, в Ирландии – вообще 0.

Это какой-то парадокс на грани абсурда – по уровню жизни Эстония все-таки уступает западноевропейским странам, но ее жители вынуждены платить больше налогов. Даже если сравнивать с моделью «шведского социализма», на который ориентировались эстонские экономисты еще в 1990-е годы. Да, в Швеции налоги высоки – но они компенсируются высоким уровнем социальной поддержки населения. Например, государственную медицинскую страховку там получают все зарегистрированные жители страны. А в Эстонии – только имеющие постоянный трудовой договор (tööleping). Те же, у кого договор подряда (töövõtuleping), должны приобретать коммерческую.

Премьер-министр Кристен Михал выступает против снижения продуктового налога. По его мнению, эта мера не приведет к снижению цен в магазинах, а лишь обогатит ритейлеров. Они оставят цены теми же, но разницу положат себе в карман. Хотя крупные торговые сети Эстонии – Rimi, Prisma, Selver – заявили о готовности снизить цены на продукты в случае снижения налога.

С точки зрения экономической логики их вполне можно понять. Магазины заинтересованы в большем обороте. И когда их товары предлагаются по доступным ценам, покупатели их охотно приобретают. А когда государство заставляет повышать цены, покупатели теряют интерес к этим продуктам и продавцам приходится просто списывать и выбрасывать «просрочку». Такая политика и с этической точки зрения выглядит очень негативно.

Премьеру возражает председатель правления Nordic Milk Юло Кивине: «Если подавляющее большинство стран ЕС применяют высокие налоговые льготы на продукты питания, значит, они в чем-то правы? Возможно, они даже умнее нас».

И интересно заметить, что в требованиях снижения продуктового налога сходятся самые противоположные политические силы Эстонии – от «правой» EKRE до центристов и «левых» социал-демократов. Они спорят лишь о нюансах – до какого процента должен быть снижен этот налог? Но возглавляющие правительство реформисты стоят на своем – никакого снижения налога не будет!

Вот так и открывается настоящая политическая реальность – главное противоречие в ней состоит не между правыми и левыми, а между теми, кто выступает за интересы государства или жителей страны.

Разумеется, государственный бюджет, особенно в нынешней напряженной международной обстановке, должен быть стабилен. Но здесь возникает даже философский вопрос: а что все-таки важнее – государство или люди, его населяющие?

В соседней Финляндии этот вопрос решают все-таки в пользу людей. И неслучайно, что финны уже семь лет называют свою страну самой счастливой в мире. Это касается не только налога на продукты, который там меньше, чем в Эстонии, но и других простых житейских радостей. Например, поплавать пару часов в замечательном бассейне в Хельсинки стоит вдвое дешевле, чем в Таллинне. Хотя финские зарплаты, наоборот, кратно превышают эстонские.

И складывается странное впечатление, что эстонское правительство, несмотря на свою «правизну», следует линии не европейских соседей, которые стремятся сделать различные продукты и услуги доступнее для своих граждан, но зачем-то подражает властям имперской России, где не государство служит гражданам, а наоборот – государственные интересы самоцельны, и люди являются лишь инструментом для их достижения.