Валерия говорит, что если, как правило, трудовая норма персонала по уборке составляет около 600 квадратных метров, а ей приходится убирать около 3000 квадратных метров. Поэтому и зарплата должна быть как минимум в три раза больше. Отдельно следует сказать об уборке снега и борьбе с обледенением. Какой-то зимой снега вообще нет, а какой-то он идет через день. А зарплата независимо от объема работы согласно договору одна и та же.
Отдельный вопрос заключается в юридическом «качестве» трудовых договоров, заключенных между Валерией и ERI Kinnisvarahooldus. Первый договор с работодателем Валерия заключила в марте 2002 года. Это еще был, так сказать, полноправный трудовой договор, который, в числе прочего, давал ей право на 28 дней отпуска. В августе 2004 года договор был плавно изменен на подрядный договор. То есть он не давал никаких социальных гарантий, и права на отпуск. Единственная возможность отдохнуть – прервать договор. В договоре, между прочим, ни слова об этой возможности не сказано. Но Валерия боится, что, если она прервет договор, ее уже не возьмут обратно на работу.
В августе 2004 года Валерия требовала от начальства договора с социальными гарантиями, но ничего не добилась. Разумеется, логику ERI Kinnisvarahaldus можно понять. В случае т.н. трудового договора на полную ставку им придется платить минимальную зарплату в 4350 крон в месяц.
Юрист Ирина Кадышевич, ознакомившаяся с обстоятельствами трудовых отношений Валерии, утверждает, что по существу речь идет о трудовом договоре, который с целю экономии средств работодателя оформлен как подрядный договор. Но куда кроме суда идти за правдой в таком случае? Ответ: никуда. Чиновники из Трудовой инспекции говорят, что случай не относится к их компетенции: речь ведь идет о подрядном договоре.
«Я не знаю эстонского, но разве это дает право меня обманывать?» – задается вопросом Валерия. Ей потребуется около сотни лет, чтобы оплатить услуги юриста из своей зарплаты. За свою месячную зарплату она может оплатить примерно полчаса квалифицированной правовой помощи.
Член правления ERI Kinnisvarahaldus Алис Мёлль, комментируя маленькую зарплату уборщицы, утверждает, что обычная норма работы персонала по уборке составляет 40 часов в неделю. А объем работы Валерии, определенно, не такой. На уборку ее объекта требуется около 20 часов. Почему с уборщицей не заключено трудового договора на полную ставку, дающего социальные гарантии? На это Мёлль ответила, что причина в том, что договоры с обслуживаемыми зданиями – срочные. «Именно поэтому с подрядчиками заключены договоры, которые были бы гибкими и соответствовали договорам, заключенным между предприятием и его клиентами. Ведь с подрядчиком не может быть заключен бессрочный договор на обслуживание конкретного объекта».
Также Алис Мёлль говорит, что одна из проблем заключается в небрежном выполнении женщиной своих обязанностей: «Квартировладельцы постоянно жаловались на некачественное обслуживание. С другими подрядчиками таких проблем нет». Мёлль также сказала, что, поскольку предприятие пошло навстречу работнику и позволило ей и далее обслуживать здание, то оно может считать, что предлагает социальные гарантии: «Мы всегда надеялись, что качество ее работы улучшится и, по возможности, старались идти навстречу ее пожеланиям».
Autor: День за Днём