Требую минимальной зарплаты!

Ее работодатель на жалобы отвечает, что у них «гибкие» трудовые отношения и трудовой договор, пишет русский еженедельник «День за Днём».

Слушая рассказ уборщицы Валерии (имя изменено) о ее повседневной работе, вспоминается вымышленный мир Оруэлла, где свобода в реальности является рабством, а мир – войной. Родившаяся в 1940 году Валерия уже много лет работает за крошечную зарплату в фирме ERI Kinnisvarahaldus, которая занимается обслуживанием недвижимости. Она не очень хорошо знает эстонский язык и не очень молода, чтобы быть конкурентоспособной на рынке труда, поэтому она не может уйти с этой работы. Эти обстоятельства и позволяют работодателю эксплуатировать Валерию за 2800 крон в месяц (нетто). За эти деньги пожилая женщина убирает фешенебельный многоквартирный дом по адресу Роозикрантси 23 – Пярнуское шоссе 36. Дом находится в самом центре города, рядом с улицей с оживленным движением. В ERI Kinnisvarahaldus есть и другие работники, получающие такую же зарплату и работающие на таких же условиях. Член правления фирмы ERI Kinnisvarahaldus Алис Мёлль утверждает, что сотрудничество ладится без проблем. То есть, выходит, что единственным «революционным элементом» в этой фирме является Валерия.

Если кто-то думает, что за 2800 крон Валерия раз в день подметает коридор, то он заблуждается. Трудовой договор, заключенный в 2004 году между Валерией и ERI Kinnisvarahaldus внушает священный трепет. В договоре содержится подробный перечень требуемых работ. Валерия должна мыть дверные стекла, радиаторы, лестничные перила, подоконники и почтовые ящики в помещениях общего пользования. Также ей приходится мыть стены, стеклянные и зеркальные поверхности высотой до двух метров. Пять дней в неделю работящие руки Валерии убирают лестничные клетки и лифты. Не реже двух раз в неделю она их моет. Также к обязанностям Валерии относится уборка и мытье террасы на крыше, уборка окрестностей дома, внутреннего двора и дорожек, а также опустошение мусорных урн. Плюс еще масса других обязаенностей.

Валерия говорит, что если, как правило, трудовая норма персонала по уборке составляет около 600 квадратных метров, а ей приходится убирать около 3000 квадратных метров. Поэтому и зарплата должна быть как минимум в три раза больше. Отдельно следует сказать об уборке снега и борьбе с обледенением. Какой-то зимой снега вообще нет, а какой-то он идет через день. А зарплата независимо от объема работы согласно договору одна и та же.

Отдельный вопрос заключается в юридическом «качестве» трудовых договоров, заключенных между Валерией и ERI Kinnisvarahooldus. Первый договор с работодателем Валерия заключила в марте 2002 года. Это еще был, так сказать, полноправный трудовой договор, который, в числе прочего, давал ей право на 28 дней отпуска. В августе 2004 года договор был плавно изменен на подрядный договор. То есть он не давал никаких социальных гарантий, и права на отпуск. Единственная возможность отдохнуть – прервать договор. В договоре, между прочим, ни слова об этой возможности не сказано. Но Валерия боится, что, если она прервет договор, ее уже не возьмут обратно на работу.

В августе 2004 года Валерия требовала от начальства договора с социальными гарантиями, но ничего не добилась. Разумеется, логику ERI Kinnisvarahaldus можно понять. В случае т.н. трудового договора на полную ставку им придется платить минимальную зарплату в 4350 крон в месяц.

Юрист Ирина Кадышевич, ознакомившаяся с обстоятельствами трудовых отношений Валерии, утверждает, что по существу речь идет о трудовом договоре, который с целю экономии средств работодателя оформлен как подрядный договор. Но куда кроме суда идти за правдой в таком случае? Ответ: никуда. Чиновники из Трудовой инспекции говорят, что случай не относится к их компетенции: речь ведь идет о подрядном договоре.

«Я не знаю эстонского, но разве это дает право меня обманывать?» – задается вопросом Валерия. Ей потребуется около сотни лет, чтобы оплатить услуги юриста из своей зарплаты. За свою месячную зарплату она может оплатить примерно полчаса квалифицированной правовой помощи.

Член правления ERI Kinnisvarahaldus Алис Мёлль, комментируя маленькую зарплату уборщицы, утверждает, что обычная норма работы персонала по уборке составляет 40 часов в неделю. А объем работы Валерии, определенно, не такой. На уборку ее объекта требуется около 20 часов. Почему с уборщицей не заключено трудового договора на полную ставку, дающего социальные гарантии? На это Мёлль ответила, что причина в том, что договоры с обслуживаемыми зданиями – срочные. «Именно поэтому с подрядчиками заключены договоры, которые были бы гибкими и соответствовали договорам, заключенным между предприятием и его клиентами. Ведь с подрядчиком не может быть заключен бессрочный договор на обслуживание конкретного объекта».

Также Алис Мёлль говорит, что одна из проблем заключается в небрежном выполнении женщиной своих обязанностей: «Квартировладельцы постоянно жаловались на некачественное обслуживание. С другими подрядчиками таких проблем нет». Мёлль также сказала, что, поскольку предприятие пошло навстречу работнику и позволило ей и далее обслуживать здание, то оно может считать, что предлагает социальные гарантии: «Мы всегда надеялись, что качество ее работы улучшится и, по возможности, старались идти навстречу ее пожеланиям».

Autor: День за Днём