Надо ли шведским банкирам бежать из Эстонии?

Но, несмотря на такие цифры, анализ, как пишет Eesti Paevaleht, скорее, успокоительный, чем панический, да и сценарий этот озаглавлен в анализе «Худшее, что можно себе представить». Для Swedbank он, например, прогнозирует кумулятивные убытки в Эстонии в размере 25 млрд. крон, а в странах Балтии в целом – 61 млрд. крон, для SEB соответственно 12,5 млрд. крон и 44 млрд. крон. При этом Латвия помещена на один уровень с Эстонией, а прогноз для Литвы чуть оптимистичнее.

Настроения инвесторов отражаются в поведении акций Swedbank и SEB на Стокгольмской бирже – цена первой упала за два года в десять раз, второй – в шесть. Учредитель инвестиционной фирмы Tark Investor Кристьян Лепик утверждает, что если бы Swedbank отдал свои балтийские подразделения бесплатно, цена акции сразу выросла бы вдвое.

В этом контексте UBS задается самым главным вопросом: выгоднее ли шведским банкам бросить свои балтийские подразделения или вложить в них дополнительные средства? Рубеж для Эстонии, по оценке USB, 52-процентная кредитная убыточность, после чего уход будет дешевле рекапитализации. Поэтому экономист UBS Клемс Графе и отмечает, что бегство просто не окупится. Наибольший риск – политический: если шведским банкам не удастся получить на рынке дополнительные средства, а правительство не сможет объяснить электорату, что рекапитализация в странах Балтии обойдется дешевле бегства оттуда, то придется очень трудно.

По состоянию на февраль средняя адекватность капитала эстонских коммерческих банков была, по данным Банка Эстонии, 19,8%, и это очень хороший с международной точки зрения показатель, который значительно выше установленного Центробанком минимума в 10% (в Латвии и Литве соответствующий показатель заметно хуже).

Доля просроченных кредитов в кредитном портфеле коммерческих банков Эстонии достигла в феврале 4,1%. На пике российского кризиса 1998 года эта доля составляла в эстонских банках примерно 5%, в самой России она достигала 40%, в Финляндии во время большого спада начала 1990-х она была 13%. По подсчетам Банка Эстонии, первый критический момент наступит на уровне примерно 12% - именно в этот момент материнские банки должны увеличивать капитал, а значит, встает вопрос: вкладывать деньги или бежать?.

Тут есть еще один момент в пользу Эстонии: здесь просроченными считают кредиты, платежи по погашению которых запаздывают на 60 и более дней, международный стандарт предусматривает 90 и более дней, а в некоторых странах, например, в Италии, и вовсе 180 дней. Это значит, что доля просроченных кредитов в Эстонии на фоне других стран искусственно завышена.

Международные аналитики обычно таких отличий не замечают, как, например, не замечают они того, что минимальное требование к адекватности капитала в Эстонии 10% (в большинстве стран ЕС – 8%), а ставка обязательного резервного капитала 15% (в зоне евро – 2%).

Autor: dv.ee Istsenko Olga