Стальнухин: нас могли назвать «эти»

Васильев: Господин министр! У меня терминологический вопрос. 3-4 минуты назад вы в своей академической речи использовали термин – я, извините, процитирую – «ёбски» («jopski»). Такие слова не часто услышишь в этом зале. У меня вопрос: не могли бы вы объяснить, из какого языка заимствовано это слово и что означает корень этого слова в оригинале?

Аавиксоо: В этом зале чего только не услышишь… И если я действительно сказал «ёбски» («jopski»), то думайте сами, что я под этим подразумевал, я дополнительных комментариев давать не буду…»

А вечером, в новостях Эстонии, обнаруживаешь такую вот информацию: «Национальное многообразие, которым, казалось бы, гордилась Эстония, грозит быть сведенным к общему знаменателю под формулировкой «жители иммиграционного происхождения». Именно так, согласно новой интеграционной программе, подготовленной Министерством культуры, будут называться и те неэстонцы, которые прожили в Эстонии всю жизнь, и вновь прибывающие в страну иммигранты…» Бывают же такие дни…

Новое достижение интеграционной политики не может не вызвать эмоций. Ведь те, кто получают зарплату за выдумывание новых терминов для обозначения русских, татар, евреев и всех остальных примерно 150 народов, чьи представители волей судеб оказались жителями Эстонии, поступили более чем благородно. «Житель иммиграционного происхождения» - это звучит неплохо. Во всяком случае, могло быть гораздо хуже.

 

Autor: dv. ее