400 сравнительно честных способов...

История вкратце следующая. Руководитель Центра обучения управлению EBS (и брат бывшего министра образования и обороны ­Яака Аавик­соо) Пеэп Аавик­соо в 2007 году пригласил инвесторов поучаствовать в зарабатывании на добыче щебня в Румынии. Аавик­соо описывал им свой проект как великолепную возможность непременной прибыли уже в течение полугода, поэтому бизнес-партнёрами Аавиксоо стали многие его знакомые и друзья. Бизнес-идея была проста: в Румынии якобы готовились грандиозные проекты по строительству дорог, а Аавиксоо планировал их снабжать щебнем. Для этого он купил участок близ планируемой стройки в надежде, что цена на щебень вырастет.

После того как инвестиции были сделаны, выяснилось, что бизнес-план содержит массу прорех. Один из инвесторов рассказал, что были приобретены не все обещанные участки, что сделало невозможным их консолидацию, не было ни одного контакта, обеспечивающего осуществление проекта, недвижимость не находилась рядом с заасфальтированной дорогой, и пришлось строить новую дорогу, отсутствовали контакты, необходимые для дальнейшей реализации товара, были представлены неверные гео­логические исследования материала, а правильные скрывались от соинвесторов и так далее...

Теперь Пеэп Аавиксоо ходатайствует о банкротстве своей фирмы, и оказалось, что крупнейший кредитор фирмы Аавиксоо – государственное целевое учреждение KredEx. Таким образом, что мы имеем? Целевое учреждение, распоряжающееся средствами налогоплательщиков, понесло огромные убытки из-за крайне мутного проекта. Зачем эти инвестиции были вообще сделаны? Обращаем внимание, что средства были вложены в проект, который: а) не являлся инновативным и не предлагал высокотехнологичные решения;  б) не предусматривал экспорт произведённой в Эстонии продукции и поступление средств в наш бюджет; в) не предусматривал создание большого количества новых рабочих мест для эстоноземельцев... Ни одного рабочего места, собственно, не обещал. Cпрашивается, ради чего KredEx рискнул деньгами налогоплательщиков? В чём была та идея развития и положительного влияния на экономику страны, что учреждение подписалось на эту авантюру?

Это уже не первый случай, когда участие KredEx в частном бизнесе выглядит крайне сомнительно и заканчивается потерей денег. KredEx также был крупнейшим кредитором обанкротившейся фирмы Autorollo, которая принадлежала отцу Кейт Пентус-Розиманнус. Требования к Autorollo на сумму свыше 300 тыс. евро были уступлены с огромным дисконтом. Фактически даром. При этом в СМИ попали истории о фиктивных договорах займа, которые якобы заключались руководством Autorollo задним числом для того, чтобы прикрыть имеющиеся в бюджете предприятия дыры. Можно допустить, что есть ещё немало аналогичных случаев «странного инвестирования», о которых общественности просто неизвестно.

По нашему скромному мнению, государственные фонды, будь то KredEx, Фонд развития или EAS, периодически становятся «пылесосами» для извлечения бюджетных средств в интересах частных лиц. Безусловно, это никак не может считаться приемлемым. Какие есть выходы из ситуации? Вариант один – жёсткий контроль. Вариант два – полное прекращение деятельности подобных фондов и финансирования частных проектов. У обоих вариантов есть недостатки. Нехорошо, если из-за недобросовестных соискателей деньги не достанутся и тем, кому они действительно нужны. Возможно, выход следует искать в сбалансированном сочетании мер. Например, часть проектов надо прикрыть, дабы «не вводить во искушение», оставив только финансирование социально­значимых проектов, как экспорт высокотехнологичной продукции или утепление жилых домов.

С другой стороны, не должно быть никакой размытости условий получения средств. Не должно быть никакой бесконтрольности их использования. Но главное – нецелевое, нецелесооб­разное или необоснованное расходование средств, которое приводит к потере вложений, должно пресекаться. Ключевое слово - «ответственность», в противном случае общественные деньги будет и дальше выносить сквозняком в неизвестном направлении.