Кому принадлежит эстонское государство?

«Вообще, опыт работы в трёх разных созывах Рийгикогу и с пятью правительствами заставляет меня быть более осторожным при ответе на этот вопрос.

К 2008 году мы создали общество, где политика и бизнес-интересы переплетаются гораздо сильнее, чем когда-либо ранее. Общество, где есть убеждение, что если что-то хорошо для партии, то это хорошо для всех.

Я постоянно обращаю внимание всех на то, что общество становится всё более закрытым. Такие изменения не происходят сразу, они скорее медленно «подкрадываются». О чём идёт речь?

 4). Несмотря на все обещания, финансирование партий не стало более прозрачным. Если нет прозрачности в отношении денег, то это всё равно, что проводить олимпийские игры без допинг-контроля. Несмотря на все старания общественности, известны десятки случаев, связанных с финансированием, правду о которых знает только очень узкий круг лиц.

"Политизируется всё, что мало-мальски возможно"

5). Два года назад была предпринята попытка политизировать ERR, поставив в совет госпредприятия только депутатов парламента.

Парламентскую демократию можно рассматривать как игру, в которой разные политические силы пытаются для победы распространить свой «мессидж». Если какая-то одна политическая сила получает монополию, то можно считать игру оконченной.

6). Желание депутатов парламентского большинства присутствовать в советах госпредприятий происходит из их убеждения, что только члены Рийгикогу могут в принципе нести политическую ответственность. Однако не стоит забывать, что надзор со стороны государства и партийное руководство компаниями, - две разные вещи. Если в ближайшее время не разрешить этот длящийся годами спор, то он может дойти и до Госсуда. Чёрный сценарий: полномочия в советах 1/6 части членов Рийгикогу прекращаются досрочно.

 7). Рийгикогу разрешило, чтобы высшие чиновники состояли в партии. Поддавшись большому давлению, решили затем отказаться в 2006 году от разрешения состоять в партии чиновникам от полиции, прокурорам и судьям.

Вышеперечисленные примеры скрепляет одной нитью то, что для оправдания их внедрения используется словосочетание «политическая ответственность».  Кто же тогда должен нести политическую ответственность за систематическое нарушение Конституции?

Эти решения, по большей части, принимали две партии.

Данные семь примеров показывают одну вещь: политизируется всё, что мало-мальски возможно. Те, кто считают, что для того, чтобы развить свой бизнес или продвинуться в карьере, им нужно состоять в той или иной партии или семье, отнюдь не ошибаются. Говоря словами Михкеля Муття, в законодательных и исполнительных органах власти существует партийная сеть, через которую и принимаются решения, а также происходит настоящее управление.

Если в партии недостаёт внутренней демократии, то концентрация всей власти в руках узкого круга людей, принимающих решения, представляет опасность для государства, опирающегося на Конституцию.

Чтобы сделать демократию более устойчивой, нужно развивать партийную демократию, контроль за финансированием партий, уменьшить политизированность и создать честные и прозрачные правила игры для управления клановой экономикой.

А если законодатели в этом не заинтересованы?

Важность гражданского общества

Активность гражданского общества – это как защитные доспехи. Если люди чувствуют себя субъектами, а не объектами, то у них больше желания и готовности защищать свою демократию.

Сийм Каллас точно отметил, что сильные гражданские общества помогают распространению «чувства сопричастности» к принятым решениям.

"Член парламента называет избирателей "люмпенами"

У наших соседей правительство в первый раз должно было уйти в отставку не потому, что потеряло поддержку в парламенте, а потому что потеряло доверие народа.

В государстве, парламент которого одобрил концепцию гражданского общества, активные граждане не должны серьезно воспринимать безответственных призывов политиков продолжать заниматься своими делами или сравнения с путинцами.

Для того, чтобы создать сильное гражданское общество, необходимо говорить о важных вещах свободно и независимо.    

Не превратилась ли свобода слова просто в свободу в словах, когда неотъемлемой частью дебатов становятся дискредитация и высмеивание представителей иного течения, а также звучащие в их адрес угрозы в применении социальных санкций?

Общество, где партеизация принимает угрожающие размеры,  и предпочтение частных интересов общественным возведено в правило, требует гораздо большей открытости и свободные независимые дебаты. А никак не граждан, применивших самоцензуру.

Не могу равнодушно смотреть на любую атаку против свободы самовыражения. Неважно, по какой причине это сделано: повысить качество журналистики или бороться с «флеймом». Любые попытки законодательство ограничить в чём-то журналистику ведут ограничению свободы слова.

Да, в комментариях пишут банальности, там царят зависть и ненависть. Однако комментаторы эти не являются мифическими «ими». Это «мы».

Член парламента, который называет избирателей «люмпенами», к сожалению, представляет довольно большую часть эстонского общества  с точки зрения ценностей.

Архитекторы демократии

Каждый из нас является архитектором демократии, и вместе у нас больше власти, чем обладает портфель министра. Полученная нами свобода обязывает нас думать головой и чувствовать сердцем. Поставить  идеалы выше прагматичного расчета, а совесть выше приспособленчества. Только так у избирателей есть возможность нести ответственность по управлению государством. Ошибкой было бы думать: «Ну что от нас зависит?». Из маленького рождается большое».

В противном случае мы в один прекрасный момент мы можем понять, что государство в заложниках и мы как пассивные граждане стали гарантом пакта.

И при этом несём солидарную ответственность за то, что такое общество возникло.

Autor: Аллар Йыкс