Что изменил уходящий год и чего ждут инвесторы от 2026-го

Никто из них не берется предсказывать кризис в следующем году, однако стабильности и спокойствия от него они, похоже, тоже не ожидают.

Главным откровением для инвестора и финансового консультанта Екатерины Тинт в уходящем году стало то, что высокие ставки пришли, чтобы остаться. «Дешевых денег для бизнеса больше нет», – констатирует она.

Для Эдуарда Никифорова, портфель которого в этом году приблизился к отметке в 1 миллион евро, главным событием стало то, чего в итоге не произошло. «Я надеялся на остановку войны в Украине, но этого так и не случилось. В результате неопределенность в балтийском регионе сохраняется, а вместе с ней – повышенные геополитические риски», – говорит он.

«Я понимаю, что, с одной стороны, такая “шляпа” с Роосааре больше не должна повториться, но, думаю, что на финансовой грамотности это отразится негативно. Из осторожности будет большая самоцензура», – повторяет она опасения Долгачева и напоминает об одной из причин жестких требований со стороны инспекции – истории с прогоревшими облигациями Planet42, в которые широкому кругу людей помогал вкладывать деньги знаменитый в Эстонии инвестор Яак Роосааре.

«Поэтому в следующем году я буду учитывать не столько новые факторы, сколько следить за дисциплиной: размер позиций, диверсификация, понимание того, зачем та или иная инвестиция вообще находится в портфеле. Для меня стратегия важнее прогноза, потому что прогноз можно угадать, а стратегию – только соблюдать», – говорит он.

Схожее отношение к прогнозам и у Екатерины Тинт, которая убедилась, что крах и падения невозможно предсказать, сколько бы это ни пытались делать даже профессионалы. «Никто не знает, какой триггер и когда может привести к большому сдутию P/E показателей», – говорит она и напоминает одну из распространенных фраз, что рынок может оставаться иррациональным дольше, чем инвестор может оставаться платежеспособным.

Ее настрой находит отражение и в ее подходе к инвестициям в новом году: «В портфеле продолжаю региональную диверсификацию. Лопание предсказывать не буду, но держу ликвидность, чтобы ее можно было использовать».

Искусственный интеллект будоражит рынки по всему миру. Кажется, главный вопрос, на который весь следующий год инвесторы продолжат искать ответ, – пузырь это или нет.

Не обходят стороной эту тему и местные инвесторы, однако в нашем регионе актуальной остается повестка войны в Украине, которая для опытных инвесторов несет с собой не только риски, но и возможности.

«Геополитические риски. Война в Украине – это мой фокус. Учитывая отделение США от НАТО и Европы, будут новые возможности как в Европе, так и в Австралии, Канаде. Слежу за ними», – выделяет Хольм сектор оборонной промышленности в разных странах по всему миру.

«Какие-то кризисы случаются и пузыри лопаются каждый год. Что-то будет и в 2026-м. Не волнуюсь, так как покупаю всегда», – резюмирует она свои ожидания.

«В 2026 году буду продолжать следить за геополитическими событиями и решениями центральных банков, так как они могут оказать одно из самых больших влияний на рынок», – добавляет в список наблюдений еще один важный фактор для инвесторов Тинт.

Для Никифорова сравнение пузыря искусственного интеллекта с бумом доткомов конца 90-х напрашивается само собой. «Но если продолжать аналогию с доткомами, то есть и другой сценарий: возможно, сейчас мы находимся лишь в начале цикла. В таком случае у рынка может быть еще 2-4-5 лет активного надувания пузыря, прежде чем он лопнет с по-настоящему большим шумом», – рассуждает он и добавляет, что сам лично готовится к обоим сценариям, поэтому держит в портфеле как активы со стабильным денежным потоком, так и более спекулятивные бумаги.

Йохансон вопрос потенциального пузыря на рынке искусственного интеллекта для себя решила еще проще. «Даже если и случится чистка и возвращение к “справедливой” стоимости, то я все равно не буду выходить из технологий и ИИ. У меня долгосрочный горизонт, и для меня этот сектор все равно остается самым перспективным», – комментирует она и отмечает, что нужно определиться с долей такого рода инвестиций в портфеле, чтобы знать, как себя вести в случае падения.

«Мне кажется – или хочется верить – что в 2026-м кризиса еще не будет. Скорее у рынка сохраняется потенциал роста», – коротко подытожила свои ожидания от нового года Каминский.

Таллиннская биржа в этом году показала достойный результат – индексы местного и американского (S&P 500) рынков двигались на протяжении года ноздря в ноздрю. Однако с учетом курса доллара к евро Таллиннская биржа для местных инвесторов могла оказаться куда более выгодной идеей.

И тем не менее, несмотря на удачный год отношение к местному рынку у них, похоже, не восстановилось.

Никифоров последние годы сокращал свои инвестиции в акции эстонских предприятий. «И, на мой взгляд, существенных позитивных движений здесь не будет до тех пор, пока не будет решен вопрос с войной у нас под боком», – говорит он о необходимости восстановления доверия к местному небольшому рынку, что сегодня в большей степени зависит от политики и безопасности, нежели от процентных ставок.

Не возлагает больших надежд на местный рынок и Тинт: «От местной биржи не жду быстрого роста. Жду дивидендов, устойчивых и эффективных бизнесов».

Хольм высказывает предположение, что в новом году хорошими результатами местных инвесторов могут порадовать банки и энергетики, однако она отмечает, что сама уже около трех лет не имеет в своем портфеле никаких эстонских бумаг. Доходность и ликвидность – две основные причины ее ухода с Таллиннский биржи. «Портфель уже достаточно большой, чтобы местные дивиденды продолжали оставаться достаточно хорошим аргументом», – поясняет Хольм.

Но все-таки есть и те, для кого местный рынок не растерял окончательно потенциал и перспективы, в том числе и благодаря щедрым дивидендам.

«Ожидаю продолжения умеренного роста вслед за мировым рынком. За счет высоких дивидендов она остается для меня привлекательной», – комментирует Каминский свои ожидания относительно Таллиннской биржи.

В то же время Йохансон напоминает еще об одном уголке местной биржи, который в последние годы приобрел особую популярность среди инвесторов, – долговом рынке.

Она ожидает в следующем году новых выпусков привлекательных облигаций, средства от которых пойдут на действительно важные и нужные для бизнеса эмитентов цели. «А не тех, что выпускают под шумок, например, для погашения имеющихся обязательств», – обращает она внимание на возросший в этом году риск на местном долговом рынке, когда привлеченный капитал идет на покрытие старых долгов.

Лев Долгачев, который входит в ТОП инвесторов Таллиннской биржи, и здесь не дает подробного комментария на вопрос о своих ожиданиях, поскольку, «если верить тексту проекта Фининспкеции о самоцензуре, тем более, ни в коем случае нельзя отвечать».

«Свои ожидания все, кроме работников предприятий финансового сектора с лицензией, теперь должны держать при себе. Я же как инвестор, у которого есть несколько позиций на Таллиннской бирже, могу озвучить только надежду на то, что, может быть, что-нибудь как-нибудь вырастет, но это неточно», – вновь напоминает он о своем отношении к планам Фининспекции.

«Хочется верить, что надежда в нашей стране еще не под запретом», – завершает свой список коротких ответов Долгачев.