Партии и правительство

Давно тлевший и дававший время от времени сполохи конфликт внутри Центристской партии разгорелся с новой силой, и предчувствие гражданской войны оправдалось, вылившись в реальные боевые действия. Бессменный лидер партии Эдгар Сависаар проиграл внутрипартийные выборы Юри Ратасу и крылу своих оппонентов. Избрание Ратаса председателем Центристской партии прорвало шлюзы, до тех пор удерживавшие младших партнёров Партии реформ по правящей коалиции от того, чтобы выплеснуть недовольство считавшим себя непогрешимым старшим братом на политические просторы. Исчезновение препятствия в лице Сависаара дало возможность изменить конфигурацию правящего союза, что без центристов было практически нереально. Вытеснение реформистов в оппозицию началось незамедлительно и быстро завершилось созданием новой коалиции.

Отвергнутая Партия реформ оружия не сложила и, возглавив парламентскую оппозицию, не упускала ни одной оплошности новорожденного правительства. Стартовым выстрелом стала история с «министром на две недели» Мартином Репинским, а затем последовала борьба с действительно сомнительного свойства т.н. «пакетным законопроектом» правительства.Но поражение реформистов не только лишило Таави Рыйваса портфеля премьер-министра, но и вызвало его отставку с поста партийного лидера. Теперь за кресло председателя борются Кристен Михал и Ханно Певкур. Хотя Певкур тоже никакой не революционер, он признаёт ошибки Партии реформ и готов на них учиться. Зато Михал - плоть от плоти той системы, которую реформисты сформировали за долгие годы своей власти.Перемены в старых партиях часто связывают со сменой поколений. И это отчасти так. Но, пожалуй, важнее другое. Партии появлялись, делились и сливались и прежде. Но если прежде это было выстраиванием партийно-политической системы, то сегодня надо говорить, скорее, о её стагнации. Система, отстроенная в предыдущие десятилетия, свои ресурсы, похоже, исчерпала. Конфуз президентских выборов стал очевидным свидетельством тупика и потому резко обострил внутрипартийные конфликты, замешанные уже не столько на идейных, сколько на групповых и личных разногласиях. И нет причин рассчитывать на то, что эти явления, как раз и приведшие в конечном итоге к смене власти, вдруг по щучьему велению куда-то сгинут.