Кристель Хярма • 19 сентября 2018

Маркус Виллиг: мы самые быстрые в мире

В плотной борьбе с конкурентами Taxify способно удивлять своих инвесторов: по-прежнему у этого крупного предприятия от рождения идей до их осуществления проходит лишь несколько месяцев.

глава Taxify Маркус Виллиг  Фото: Андрас Кралла

«Такой скорости, да ещё и в таких масштабах, больше ни у кого нет», – признался основатель и глава Taxify Маркус Виллиг в радиопередаче «Äriplaani eri». Он подчеркнул, что побуждают их действовать столь быстро вовсе не ожидания инвесторов, а своей стремительностью они умудряются своих инвесторов поражать.

4 октября выступает предприниматель глава Taxify Маркус Виллиг на Экономической конференции Ariplaan 2019/"Бизнес-план 2019".

Записывайтесь на конференцию уже сейчас: https://pood.aripaev.ee/ariplaan2019rus

Также на данной конференции вы имеете возможность презентовать свою компанию. Для этого свяжитесь с нами по тел. 5866 6496 или пишите на почту age.raam@aripaev.ee или alyona.stadnik@aripaev.ee.

По словам Виллига, интерес к ним инвесторов растёт, так как у них уже очень и очень солидный бизнес совместного таксоизвоза, но при этом они способны всего за три месяца открыть совершенно новую категорию продукта. Но ситуации, при которой расти было бы просто, не возникает, так как, по его словам, ставки в транспортной сфере очень высокие.

Читайте интервью с Маркусом Виллигом:

Фирма Taxify недавно объявила, что запускает в Париже услугу проката электрических самокатов, но и фирма Uber не так давно сообщила, что в будущем планирует на коротких расстояниях вместо совместного использования автомобилей сосредоточиться на роллерах и велосипедах. Как происходит анализ и прогноз на будущее вашего сектора, если два конкурента делают во многом одинаковые шаги?

Думаю, что большинство VTC -платформ («туристический транспорт с шофёром» - ред.) уже много лет назад поняли, что одними машинами для решения проблем всего города, не обойтись. Необходимы и другие услуги, но просто на то, чтобы к идее подтянулась готовая технология, понадобилось довольно много времени.

Поначалу во многих странах пробовали предложить решение посредством проката велосипедов, но понятно, что велосипед для многих городов – это сравнительно ограниченное решение. Люди просто-напросто не хотят крутить педали, это зачастую большая физическая и даже непосильная нагрузка. Другое дело, к примеру, электрические самокаты, которые очень удобно использовать для езды на короткие дистанции. Если среди рабочего дня тебе надо куда-то съездить за пару километров, то лучшего способа не придумать.

Как быстро на таком высококонкурентном рынке надо реагировать с объявлением своей подобной новости, если Uber таки объявит, что и они сосредоточатся на велосипедах и самокатах?

Интересно, что мы всерьёз занялись проектом электроскутеров примерно три месяца назад. С момента, когда мы окончательно решили, что пора начать действовать и развиваться, до реального воплощения идеи прошло менее трёх месяцев, что для предприятия нашего масштаба довольно хороший темп. Однако, к нашему великому удивлению, вечером того же дня, когда мы запустили первую в мире платформу услуги совместного использования самокатов, с такой же новостью вышла фирма Uber, сообщив, что на протяжении ближайшего месяца предложит ту же услугу.

Что вы чувствуете, борясь и конкурируя с таким масштабным предприятием?

Так мы же конкурируем с Uber и другими фирмами с самого начала. Обстановки, в которой мы бы не конкурировали с крупными технологическими предприятиями, никогда и не было. Так что для нас это привычно. В транспортном секторе ставки очень высоки, так как он очень влияет на людей как финансово, так в плане затрат времени. Потому и конкурентов много. Здесь никогда не будет ситуации для лёгкого роста.

Насколько важно реагировать столь быстро, или вы ощущаете дыхание в затылок инвесторов?

Скорее, я вижу, что инвесторы весьма приятно удивлены и рады тому, как у нас всё идёт. Мы вместе с инвесторами, очень сведущими в транспортной сфере, уже давно наблюдали за происходящим на рынке, прикидывали, когда начать предлагать услуги проката, и они, в сущности, не ожидали, что мы управимся с этим делом за три месяца. Поэтому и интерес к нам инвесторов растёт, они видят, что позиция наша уникальна – с одной стороны, у нас уже очень сильный бизнес совместного использования такси, мы в этой сфере являемся ведущим агрегатором в Европе, осуществляя за год поездок примерно на миллиард евро, а с другой стороны, мы способны запустить совершенно новую категорию продукта всего за три месяца. Такой скорости, да при таких масштабах ни у кого нет.

Как далеко вперёд вам надо видеть, планируя свои шаги?

Примерное видение перспективы у нас есть и на десять лет вперёд, но, в общем, мы рассматриваем решения на полгода-год, поскольку наш сектор развивается с огромной скоростью. Ещё год назад эти электроскутеры, например, совсем не были приспособлены для оказания такой услуги, поскольку и цена была слишком высокой, и аккумуляторы недостаточно хорошие. И поскольку сектор развивается так быстро, нам надо каждые полгода внимательно изучать, что в нём опять изменилось.

Какова будет роль Taxify в мире совместного использования такси, например, через пять лет?

Если конкретно с позиции совместного использования, когда мы сводим вместе людей в такси, где есть и водитель, то тут мы и через пять лет должны по-прежнему оставаться ведущим в Европе агрегатором. По крайней мере, мы доложны удержать позицию и расти вместе с рынком, но важнее всего то, сколько мы сможем дать дополнительных новых услуг, использовать все различные возможности проката автомобилей, например. Взвешиваем и присоединение в будущем общественного транспорта в эту систему, ну и так далее.

Насколько вы могли бы повлиять на передвижение людей?

Если сейчас взглянуть на все городское движение, то где-то 98 процентов поездок, то есть, практически, все поездки совершаются или общественным транспортом, или на личных автомобилях. У такси очень куцый, парупроцентный рынок, но на этом маленьком рынке в большинстве городов мы ведущие. Разумеется, наша цель – изменить к лучшему и остальные поездки по городу. И в этом кроется причина открытия нами новых категорий продукта, а целью могли бы стать 10-20 процентов поездок, а не нынешние 2 процента.

Так это точно, что в будущем люди перестанут покупать личные машины, и не в этом ли причина того, что, например, Daimler инвестирует в вас?

Что касается Daimler, то главная цель их инвестирования состоит как раз в том, что они предвидят, что в перспективе всё меньше людей захотят брать на себя эти обязанности и хлопоты и долговременно владеть машиной. Люди хотят свободы выбора каждый день: на чем ехать – в один день на машине, в другой день на скутере, а в иной день и вовсе пройдусь пешком. Daimler, как один из самых крупных в мире производителей автомобилей, уже ясно предвидит это время, поэтому в нас и инвестировал.

Конечно, и через двадцать лет останется множество тех, кто захочет ездить на своей машине, но сегодня мы также видим, что есть люди, которым нравится ездить верхом на лошади. Какая-то группа людей всегда остаётся при своём, но это не значит, что все так живут.

Могу себе представить, что на личном транспорте перестанут передвигаться по городу, а как быть, если надо выехать за город? Тогда своя машина могла бы выручить?

Думаю, что вопрос в том, а должна ли быть в такой момент эта машина в собственности или ты возьмёшь её в аренду. При взгляде на общее передвижение и горожан, и в целом всех людей, то внутригородские поездки составляют подавляющее большинство. Человек совершает по городу более 90% поездок, а для поездок за черту города берёт в аренду машину несколько раз за месяц.

Основным способом передвижения останется всё же автомобильное или в городском ландшафте могло бы появиться что-нибудь новенькое?

Мы всё же верим, что всё значительно преобразится. Для перевозки одного человека на расстояние в пару километров не слишком разумно использовать многотонную машину. Это абсолютно не эффективно, раз это можно делать на маленьком транспорте. В будущем наверняка будут больше использовать электросамокаты, микромашины или машины, сделанные специально для одного-двух человек. Нет нужды в большом универсальном транспорте. А ведь всё и начинается с того, что человек, приобретая себе машину, смотрит, чтобы она была универсальной. А если он будет арендовать транспорт, то мы сможем предложить для каждой надобности подходящий. Вместе с изменением модели собственности изменится, по сути, вся отрасль производства.

А в будущем по городу будут ездить всё же привычные нашему глазу машины, или появятся какие-либо фантастические решения?

Конечно, рассматриваются самые разные варианты перевозки людей. Одна возможность – подняться вверх, то есть начать перевозить людей на маленьких электрических вертолётах, которые в городах-гигантах использовать крайне разумно, поскольку для строительства новых дорог просто нет места, а как-то увеличить машинный парк надо. Кроме того рассматривается вариант ухода под землю, прорубить в городах туннели, по которым мог бы беспрепятственно двигаться мелкий транспорт. Но мне кажется, что это дела очень и очень отдалённого будущего. Прежде чем мы там окажемся, мы просто увидим на городских улицах больше маленьких электрических транспортных средств.

А сама компания Taxify тоже хотела бы поучаствовать в таком будущем?

Наша цель в широком смысле и сводится к тому, чтобы быть в городе самым лучшим способом передвижения, что означает, что мы добавим на свою платформу любой транспорт, который, по-нашему разумению, самый лучший способ передвижения. Мы не зациклены на том, что должны использовать только автомобили или только электросамокаты. Появится какое-то новое средство предвижения, мы добавим и его.

Какую роль через пять лет могла бы играть Taxify в связях между автопромом, разработчиками программного обеспечения и клиентами?

Здесь надо учитывать две фазы. Одна – когда водители сами владеют машинами, и это ждёт нас, как минимум, ближайшие пять лет, а во многих странах и все десять или двадцать лет. И второй этап – когда придут самоходные машины. С появлением самоходок наша роль, конечно же, существенно изменится, потому что само владение машиной будет совершенно иным. Если сейчас на нашей платфоме большинством машин владеют водители, то в будущем появятся гигантские автопарки, в которых может быть и десяток тысяч машин, и они смогут обслужить весь город. Вся эта модель очень подвижна и изменчива, но наша роль в ней в широком плане останется той же, что и сегодня – понимать, куда хотят двигаться люди и предлагать им для этого самые лучшие средства передвижения.

Так вы видите, что для Taxify там ещё найдётся местечко, что значение Taxify не пропадёт?

Скорее, мы даже видим, что наша роль будет становиться всё важнее. Поскольку прибавится новых тркнспортных средств, то человеку захочется, чтобы был один удобный агрегатор, предлагающий ему разные возможности: в один день для поездки ему нужен велосипед или электромопед, в другой день ему может понадобиться автомобиль. Хорошо, когда есть одно место, где скоординированы все эти способы передвижения, и не надо обращаться в разные места за разными услугами и транспортными средствами.

Каким будет остальной рынок совместного использования транспорта через пять лет?

Если посмотреть сейчас на более ранний интернет-бизнес, то, в общем, всегда возникает одна глобальная монополия. В социальных сетях сегодня это Facebook, в поисковых моторах это Google и т.д. Похоже, транспорт одна из первых отраслей, где такого не происходит. Этот рынок достаточно большой и достаточно локальный, чтобы реально возникали местные игроки. Мы уже наблюдали это в России, в Китае, теперь вот в Азии, где уже в трёх регионах появился местный победитель, потеснивший Uber. Мы видим, что похожая ситуация формируется в большинстве регионов: скорее, остаются один-два местных игрока, вместо одного глобального монополиста.

Так что и через пять лет Taxify будет самостоятельной, останется при своих инвесторах, ни с кем не сольётся, никого не купит и никому себя не продаст?

Да, наша цель такова, чтобы стать в Европе и Африке тем самым местным победителем. Мы сфокусируем усилия на эти регионы и здесь хотим расширить спектр услуг, вместо того, чтобы глобально внедряться куда-то с совместными перевозками.

Как собираетесь добиться того, чтобы стать номером один в Европе и Африке?

Мы уже номер один во многих странах. Так что нам надо удержать свою долю рынка и постоянно совершенствовать услуги, и у нас очень много стран, в которые мы расширяемся. Это одна из причин привлечения в этом году инвестиции, чтобы мощно и агрессивно выйти на новые рынки.

Почему вы считаете, что Uber в будущем не будет номером один в Европе и Африке?

Думаю, что в большой степени это вопрос фокуса. Основной бизнес Uber – это Северная и Южная Америка, а всё сфокусировано на том, как сохранить влияние на тех рынках и улучшить там свои услуги. Там есть пространство для строительства предприятия рыночной стоимостью в 100 миллиардов, просто на этих двух континентах. Мы видим, что это вопрос главного фокуса: если они сфокусируются туда, то уже не смогут выстроить такой же хороший продукт и в Европе, и в Африке.

Вы дадите им там спокойно работать или наступите им на пятки и там?

Мы всё же склонны видеть самые лучшие транспортные решения в Европе и в Африке, так что в следующие пять лет сосредоточимся ещё на этом.

Почему, для придумывания этих планов на будущее вы выбрали базой именно транспортную сферу?

В сущности, транспорт, как нам кажется, по многим причинам самая интересная сфера, чтобы сделать что-то в мире. Здесь происходит разом много больших революций. Прежде всего, на смену бензиновым моторам приходят электрические, и это знают все производители автомобилей. В связи с этим появляется и маленький транспорт, поскольку электромоторы дают возможность производить и самокаты, и пр.

Далее то, что у нас реально появляются самоездящие машины, которым водитель не нужен. И одновременно еще и совместное использование. Если раньше люди покупали себе личные машины, то теперь они общие, их можно заказать. Вот пример трёх очень важных и значительных тенденций, происходящих все вместе. Не знаю ни одной другой производственной сферы, где всё переворачивается с ног на голову так быстро – всего за десять лет

Насколько, по-вашему, транспорт это то, что очень влияет на нашу жизнь?

Вообще-то я не вижу ни одной другой отрасли, которая больше влияла бы на жизнь человека. Если с чисто денежных позиций, то транспорт для большинства людей во всём мире вторая самая значительная по величине статья расхода после дома. В большинстве стран люди тратят на транспорт больше, чем, к примеру, на еду. В финансовом смысле это область настолько важная, что если в ней что-то изменить, то более широкого влияния на человечество трудно себе и представить.

Что лично вас вдохновляет в мире транспорта будущего?

Думаю, что вдохновляет меня больше всего то, что сейчас дела обстоят из рук вон плохо. Просто я вижу очень много мест, нуждающихся в исправлении. То, что людям приходится тратить столько денег и времени на приобретение машины, а потом заниматься ею, тратиться на парковки, а потом часами простаивать в пробках. Это очень непрактично. Верю, что через двадцать лет люди оглянутся назад и задумаются, а зачем я вообще тратил на всё это время и деньги? Думаю, что подспудно все мы ждём того времени, когда это уже прекратится.

Вижу, что для большинства людей, в конечном итоге, время и деньги это самая важная валюта: если вернуть им ежедневный час времени и помочь сэкономить, то это окажет очень большое влияние на десятки миллионов людей.

Откуда черпаете знания и вдохновение, у кого учитесь?

В том и состоит проблема, что поскольку мы делаем то, что до нас никто не делал, то и учиться нам практически не у кого. Сами должны искать и пробовать. Самый большой прогресс и случается, когда просто экспериментируешь. Какой-то продукт не получается, но без таких неудач и нужных решений найти было бы невозможно.

Всё едино, говорим ли мы о Google, Tesla, Facebook, я считаю, что они нашли довольно удачные модели того, как делать хорошиие продукты, и мы стараемся перенять у этих предприятий их положительные качества и внедрить их у себя. Один вопрос, очень для нас важный, это как найти хороших людей и дать им как можно больше автономности, чтобы они могли сами двигаться. Мы понимаем, что на предприятии, где работают 600 человек, мы не можем принимать решения за всех, мы должны создавать небольшие команды и предоставлять им как можно больше свободы. Например, проектом самокатов занималась у нас сравнительно небольшая команда из десяти человек. Они могли сами решать, что в точности строить и как в точности двигаться вперёд. Если бы я попытался сам полностью контролировать этот проект, я стал бы в нём бутылочным горлышком, потому как одновременно мне пришлось бы заниматься и всеми остальными делами предприятия.

Как ещё вы заботитесь о своих работниках и мотивируете команды, чтобы и они поддерживали ваше видение?

Одно дело – это постоянно говорить о масштабном будущем. Люди, на самом деле, очень быстро забывают нарисованные им грандиозные картины и уже через несколько недель опять уходят в то, чем занимаются повседневно. Поэтому важно по несколько раз в месяц напоминать людям о том, зачем мы все тут находимся, а не только думать о том, что на этой неделе мы присоединили к платформе двадцать или тридцать руководителей. Лучше думать о том, как то, что мы сейчас делаем, поможет нам как предприятию делать, к примеру, и через пять лет и как мы благодаря этому изменим транспорт всего города. Напоминание о масштабной картине – очень важный компонент.

Вы и через пять лет будете стоять во главе этого предприятия и работать с этой же командой или же вы готовы будете продать предприятие?

Мотивация нашей команды понятна. Мы хотим сами построить эту транспортную платформу и надеемся, что работаем достаточно хорошо, чтобы через пять лет достигнуть поставленных целей и у нас ещё будет оставаться пространство для роста. Надеемся, что будем здесь с тем же составом команды.

Но вы всё же хотите руководить ею и не продадите предприятие?

Да, сейчас мы видим, что этот сектор настолько обширен и так много ещё надо сделать, что хотим эту работу проделать сами, а не продавать и позволить принимать решения кому-то другому. Особенно с учётом того, что в Европе вообще очень мало технологических предприятий, по-прежнему управляемых из Европы.

А с вами бывает, что вдруг возникает гениальная идея для совсем другой отрасли?

Таких гениальных идей, за которые, как нам кажется, стоит немедленно взяться, у нас такое множество для сферы транспорта, что пока мы сосредоточены на них. Вот когда там всё будет сделано, тогда и на другие отрасли можно будет взглянуть.

На какой срок вы видите себя связанным с транспортной сферой?

Имея в виду грядущие перемены, как минимум, на 20 лет работы хватит, возможно, даже на дольше.

А какая отрасль могла бы быть следующей, которой суждено изменить мир?

Быстро меняются практически все отрасли. Сейчас в мире нет такой сферы, в которой за десять лет не произошло бы глобальных изменений. Наверняка важна финансовая сфера, особенно если посмотреть на наших сегодняшних потребителей, например, в Африке, где у большинства людей ещё нет даже банковского счёта, карточки, доступа к кредитам. Это целая огромная сфера, которая будет выстроена в последующие десять лет, и мы надеемся внести в это свой вклад: хотя бы для начала, например, поддерживать водителей, оказывая им финансовые услуги.

Это у вас планы такие?

Это одна из областей, которую мы взвешиваем. Наш фокус останется на транспорте, но если мы увидим такие поддерживающие наш основной бизнес возможности, взвесим и их.

Что вы хотели бы передать старшему поколению предпринимателей Эстонии?

Мне кажется, что сейчас уже сложно провести разделительную черту между старшим и молодым поколениями предпринимателей. Это, скорее, вопрос мировосприятия. Есть много очень консервативных молодых бизнесменов, и наоборот, есть те, чей возраст приближается к 50 или 60, а они настоящие новаторы. Моё пожелание адресовано всем: надо сосредоточиться на технологиях, надо готовиться к переменам. В последующие 10-20 лет технологии проникнут во все сферы, и если ими не заниматься, то просто невозможно будет конкурировать.

Самое читаемое