Метаморфозы промышленной недвижимости: на легендарной таллиннской пивоварне клепали суда и вязали чулки
В ресторане пивоварни Põhjala в квартале Ноблесснер вечерами не протолкнуться: легендарное пиво от законодателей мод эстонского крафта и сытные закуски заманивают на Пеэтри, 5 и местных жителей, и туристов. На первом этаже того же здания поблескивают чаны с пенным. Но бурный пивной успех – только очередной эпизод в истории здания, которое поменяло специализацию уже четвертый раз за последние 110 лет. Оно видело русские подлодки, эстонские чулки и годы запустения.
С 2018 года двухэтажное плитняковое здание в квартале Ноблесснер славится рестораном, пивным бутиком и экскурсиями на производство Põhjala Brewery. Но прежде чем прославиться среди гурманов и любителей пенного, промышленному зданию довелось многое пережить.
Foto: Põhjala Brewery
После поражений российского флота при Порт-Артуре и Цусиме имперским властям срочно нужно было реанимировать морскую мощь государства. Для этого была утверждена «Программа усиленного судостроения» на 1912-1916 годы. Она предусматривала строительство нескольких линкоров и крейсеров, десятков эскадренных миноносцев и подводных лодок.
Таллинн, где в те же годы строилась Морская крепость императора Петра Великого, стал одним из центров последнего военного судостроительного бума в истории Российской империи. На полуострове Копли были основаны два мощных предприятия по строительству надводных кораблей – Русско-Балтийский завод и завод Беккера. Еще один, специализировавшийся на сборке подводных лодок, появился на берегу рядом с районом Каламая. По именам ключевых инвесторов – владельцев крупных петербургских заводов Нобелей и Лесснеров – он получил имя Noblessner.
Сегодня, глядя на занимающую несколько кварталов территорию бывшего предприятия, трудно предположить, что оно строилось под единственный государственный заказ на 12 подводных лодок. Да и из них восемь были заложены в Петербурге, а в Таллинне только достраивались.
Статья продолжается после рекламы
Строительство подводных лодок на верфи Noblessner, 1914-1917 годы.
Foto: muis.ee
Работа над русскими заказами и на Noblessner, и на других заводах «Программы усиленного судостроения» прервалась после краха империи в 1917 году. Попытки привлечь иностранный капитал и добыть для заводов заказы на других рынках успехом не увенчались, и после окончания Освободительной войны молодая Эстонская Республика получила вместо мощного промышленного кластера полупустые здания разоренных заводов. Часть оборудования была вывезена в Россию, другая не годилась для производства мирной продукции.
Чулки вместо подлодок
Корпус Noblessner по адресу улица Пеэтри, 5 был построен в 1914-1915 годах по проекту русского инженера Сахарова. Скорее всего, в первые годы работы предприятия он служил складом. После закрытия завода в условиях избытка промышленных площадей в Таллинне он долго пустовал. Достоверно не известен ни один его пользователь аж до 1935 года.
К середине 1930-х в Эстонии подросли наконец собственные крупные производства, нуждавшиеся в просторных цехах, оставшихся от гигантов имперской военной индустрии. Например, в цехах бывшего завода Беккера прописались теперь стекольный завод Йоханнеса Лорупа и фабрика резиновых изделий Põhjala инженера Гарри Гросса. О них ДВ уже писали. Бывший склад Noblessner присмотрел для себя текстильный промышленник Оскар Кильгас.
У Кильгаса была необычная биография. Он родился в 1879 году в уезде Ярвамаа и в молодости решил посвятить себя профессии учителя. Сначала он получил диплом учителя начальной школы, а затем, в 1910 году, – домашнего учителя. До 1917 года он успел поработать в нескольких школах и училищах – сначала в провинции, а затем и в Таллинне. Но в 1917 году судьба неожиданно забросила его в сибирский город Шадринск, где его братья Рудольф, Карл и Герман держали торговый дом. Кильгасы заготавливали в России сыр, масло и мясо и торговали ими. Бизнес продолжался до тех пор, пока и в Сибирь не пришла большевистская власть. После заключения в 1920 году Тартуского мира Оскар Кильгас вернулся на родину уже не учителем, а предпринимателем. Сперва он продолжал заниматься продовольствием – первым его бизнесом на родине стала небольшая компания Terra, занимавшаяся переработкой картошки.
Но два года спустя Кильгас радикально сменил отрасль и запустил в Таллинне производство лент, носков и чулок. В Германии после окончания Первой мировой разразился серьезный экономический кризис, и предприимчивому эстонцу удалось приобрести в разоренном рейхе оборудование по дешевке. Он принял на работу сразу 33 сотрудника, но в первые годы дело не шло – под руководством наемного менеджера качество продукции оставляло желать лучшего. Чувствуя недовольство покупателей, в 1925 или 1926 году бывший учитель взял на себя персональное управление фабрикой.
Чулки Viktoria фабрики Оскара Кильгаса, 1930-е годы.
Foto: muis.ee
Он ужесточил контроль качества продукции, наладил выпуск кружевных чулок в дополнение к обыкновенным – и деньги потекли в кассу. Компания начала быстро расти. В конце 1920-х производство акционировали как AS Oskar Kilgas, при этом основатель фабрики остался ее генеральным директором. Сперва фабрика теснилась в помещениях в Старом Таллинне, затем переехала в Нымме, а потом еще раз – в Каламая. Но было понятно, что предприятие переросло арендные помещения и нуждается в постоянной площадке. В 1935 году Кильгас приобрел в собственность у государства бывший корпус Noblessner на улице Пеэтри, 5.
Приспособление корпуса под нужды фабрики заняло около года. В мае 1936 года Кильгас и его рабочие праздновали новоселье на Noblessner. В честь этого устроили большой праздник. Кильгас объяснял, что из-за переезда предприятия зимой празднование Рождества для рабочих достойно организовать не удалось – и теперь он хочет поправить ситуацию. Тут же устроили танцы с живой музыкой для всех работников.
Сотрудники AS Oskar Kilgas отмечают десятилетие предприятия в 1933 году.
Foto: muis.ee
Директор Кильгас обратился к сотрудникам с патриотической речью: «Всем нам дорога наша маленькая прекрасная родина. Мы должны трудиться ради ее блага и благополучия. Хотя у рабочих есть свои классовые интересы, а у других слоев общества – свои, отечество объединяет всех нас в одну семью, делает гражданами своего государства. Трудиться ради благополучия нашего отечества – вот что должно быть главной целью нашей жизни». Тут же он объявил о наборе сразу 100 новых работников на предприятие, писала Uudisleht.
На новом месте фабрика получила дополнительный импульс. К 1938 году, когда фабрика отмечала 15-летие со дня основания, на ней уже трудились 672 сотрудника, а число прядильных, ткацких, вязальных и кружевных станков приближалось к 700. В 1938 году, до советской оккупации, Кильгас успел даже договориться с Eesti Pank о приобретении еще четырех производственных цехов бывшего Noblessner и заводской электростанции.
Секрет успеха Кильгаса был не только в прекрасных отношениях с рабочими и контроле качества. Государство тоже поддерживало промышленника, а он – государство. В 1934 году правительство Эстонии вело трудные переговоры с Великобританией об экспорте в Лондон сливочного масла. Англичан удалось убедить в том числе благодаря помощи Оскара Кильгаса. Он от имени своего предприятия обязался не менее 60% пряжи для чулок закупать у британских поставщиков, выравнивая торговый баланс между державами.
Конец Кильгаса и новое начало
Рост предприятия прервала советская оккупация Эстонии. В 1940 году фабрика Кильгаса была национализирована, а сам он бежал за границу. С приходом в Таллинн немцев он попробовал было вернуться на родину и восстановить производство, но в 1944 году был вновь вынужден уехать из страны. В 1946 году он скончался, не выдержав череды потерь. «Он принадлежал к числу тех эстонцев, которые благодаря огромной силе воли, труду и упорству сами пробили себе дорогу в жизни», – писала в некрологе промышленника Eesti Teataja.
После Второй мировой войны советские власти снова отдали здание бывшей фабрики Кильгаса на улице Пеэтри под нужды судостроения. В здании разместился сборочный цех Морского завода №7 ВМФ СССР. В восточном крыле была запущена химическая лаборатория того же предприятия. Сегодня о советской эпохе напоминают судовой двигатель, маневровый тепловоз и еще несколько артефактов, установленных перед фасадом здания.
Производственный цех пивоварни Põhjala на первом этаже здания на улице Пеэтри, 5.
Foto: Põhjala Brewery
В 2001 году компания AS Tallinna Meretehas, унаследовавшая имущество завода после восстановления независимости Эстонии, была признана банкротом. Территорию предприятия выкупил промышленный концерн BLRT Grupp. Именно он вместе со строительной компанией Merko Ehitus занялся развитием недвижимости на территории, пережившей и российские подлодки, и эстонские чулки. В 2018 году в отремонтированный сборочный корпус въехала пивоварня Põhjala Brewery, открыв новую главу в истории промышленного здания с непростой судьбой.