• Поделиться:

    Один из богатейших людей Украины: «Мы восстановим экономику в течение 3-4 лет, сомнений нет»

    Василий Хмельницкий во время встречи с эстонской бизнес-делегацией в Киеве.Фото: Taavi Muide

    Василий Хмельницкий занимает 29 строчку в списке самых богатых людей Украины по версии Forbes. Во время войны он пересел с любимого джипа на электрокар, отключил дом от газа и стал летать лоукостерами. И все равно предприниматель верит, что Украина сможет приносить иностранным инвесторам по 20-30% прибыли в валюте. «Деловые ведомости» побеседовали с Хмельницким в Киеве о его финансовых потерях, сроках окончания войны и перспективах украинской экономики.

    Перед приездом в Украину я почитала местную бизнес-прессу. И была поражена: инфляция 20%, половина бизнеса не работает, безработица. Картина почти катастрофическая. Как вы представляете будущее экономики Украины?
    Честно — плохо представляю. Сейчас у нас большие проблемы, но будет ли так всю нашу жизнь? Нет, не будет. Все войны когда-то заканчиваются, экономики то падают, то поднимаются, инфляция то растет, то снижается. Вопрос исключительно в том, сколько продлится кризис.
    Мое мнение: если мы в этом году решим проблему войны (я даю процентов 90, что решим), будет восстановление экономики. Не сразу — все-таки у нас аграрная страна, мы посеяли и только потом соберем урожай. Но у нас есть заводы, которые работают и сегодня. Мы многое потеряли, но многое и заново отстроим.
    Больше всего меня беспокоит, сколько мы потеряли талантливых людей. Которые погибают в этой войне, которые уехали за границу и больше не вернутся. Вернуть их — задача номер один. А в том, что мы восстановим экономику в течение 3-4 лет, у меня сомнений нет.
    Василий Хмельницкий во время встречи с эстонской бизнес-делегацией в Киеве.Фото: Taavi Muide
    Откуда такой оптимизм, что война закончится уже в этом году?
    Это просто подсчет. Данная война не выгодна ни Украине, ни России, ни Европе. Никому. Все же понятно, что случилось, и куда оно движется. Европа не хочет заходить в зиму без ресурсов. Мы тоже этого не хотим. Поэтому будем искать компромисс, все будут искать компромиссы. Это травматичное, но чисто экономическое мнение. У продолжения войны нет выгодополучателя.
    Компромисс — это как в части европейской риторики «Украина должна отдать восточные территории»?
    Не знаю, не готов это обсуждать. Украина должна выиграть и вернуть свои территории. Но я бизнесмен, и я за то, чтобы война завершилась. Как — вопрос уже политический, пускай государство и политики решают. Я бы хотел, чтобы мы вернули все свои регионы, но как решат политики, так оно и будет.

    Василий Хмельницкий — крупный украинский предприниматель, 29 место в списке богатейших украинских бизнесменов по версии Forbes Украина (2021). Состояние Хмельницкого оценивалось в $310 млн. Пять раз избирался депутатом Верховной Рады, состоял в партии Зеленых, блоке Юлии Тимошенко, Партии регионов. В 2014 году голосовал за репрессивные «Законы 16 января», принятие которых стало одним из поводов к «Революции Достоинства» и смещению президента Виктора Януковича. После 2015 года отошел от политической деятельности и сосредоточился на предпринимательстве.

    Сейчас составляется план будущего восстановления Украины. В этот процесс вовлечено много чиновников. Вы как бизнесмен тоже в этом участвуете?
    Все хотят видеть план восстановления Украины таким, каким был план Маршалла в Германии («Программа восстановления Европы» после Второй Мировой войны объемом в 18 млрд долларов, запущенная весной 1948 года, названа по имени инициатора, госсекретаря США Джорджа Маршалла – прим. ред.). Многое разрушено, много потеряно проектов, и нам хотелось бы, чтобы Европа помогла нам встать на ноги. Я хотел бы, чтобы это была помощь частично деньгами, а частично — управленческими знаниями.
    Но многие хотят, чтобы дали просто деньгами. Я считаю, что это нереально. Никто нам не даст денег, чтобы мы их просто потратили, как захотим. Скорее будет комплексная программа восстановления Украины, дающая дополнительные экономические возможности для развития. Не просто строительство магистрали за миллиард долларов, а дорога, которая будет вести к заводам, фабрикам, и которая в конечном итоге поднимает экономику.
    Люди думают, что строительство любой дороги, любой инфраструктуры обеспечивает экономический рост. А инфраструктура это обеспечивает только тогда, когда ведет к предприятиям, удешевляет каждую поездку, делает так, что мы сжигаем меньше бензина. В итоге миллионы поездок приносят миллиарды в экономику.
    Но важно рассчитывать не только на европейские деньги. Надеюсь, что это будут деньги, знания и контроль со стороны европейских организаций, которые имеют большой опыт в профильных сферах. Чтобы, условно, одна наша будущая дорога заменила собой пять старых дорог. Это все надо делать на базе знаний. Вот наши украинские дороги, они держатся три года, а европейские держатся десять лет.
    Эстонские, видимо, не европейские.
    Я говорю о том, что надо строить такие, которые держатся десять лет. Да, украинская дорога дешевле, но если ее каждые три года надо ремонтировать, то в итоге она выйдет дороже.
    Я правильно понимаю, что ваша бизнес-философия состоит в том, что нужно совершить скачок: от существующей модели страны перейти к той модели, которая создает высокие технологии и высокую добавленную стоимость?
    Точно. И на это уйдет не так много времени. Лет двадцать. Очень много людей (в том числе украинские политики) хотят совершить скачок за три года. Это невозможно, это путь в никуда. Это же вопрос знаний: будем учиться, будем внедрять больше технологий — в процессе будут сменяться поколения. На это нужно время — 20 лет.
    Вы много видите сторонников таких идей? Могу представить, что сейчас, в условиях военных разрушений, разговоры о высоких технологиях могут быть непопулярными.
    Да, эта мысль не очень популярна, и знаете почему? Потому что у нас нет нужных знаний. Мы же из Советского Союза, а там не любили бизнес — старшее поколение все равно это помнит. И нужно это представление сломать: бизнес и предпринимательство — это круто!
    Все, что построено современным и красивым — оно построено бизнесменами, которые хотели заработать денег. И это нормально! Предпринимателей надо уважать, они рискуют, они проигрывают, банкротятся, зарабатывают... Это уважение создастся с продвижением культуры бизнеса, рекламой, одновременно будет меняться поколение на более молодое, и тогда будет Украина процветать.
    Я не рассчитываю, что в ближайшие 5-7 лет Украина сделает суперскачок. За 20 лет? А вот в это верю.
    У вас бизнес в коммерческой недвижимости, вы хотели строить элитное жилье, есть фармацевтический завод и энергетические проекты. Что из этого вам сейчас приносит деньги?
    Ничего. Даже фармацевтический завод сейчас только на самоокупаемости. До войны у него была стопроцентная загрузка, а сейчас — 50%. Себестоимость продукции увеличилась, но не колоссально. Вот когда выйдет на загрузку в 70%, снова начнет зарабатывать, а при 90% станет суперприбыльным. Пока этого нет.
    Сейчас вы каждый день теряете деньги.
    Да, понемногу. Но каждый день я теряю все меньше и меньше. И вижу, что через 3-4 месяца я выйду в ноль, а потом буду зарабатывать. Я бизнесмен, я понимаю, что бизнес — это риск. И худший вариант — это вообще ничего не делать, ждать, когда наступит прекрасное будущее, где все мы будем счастливыми и много зарабатывать. Если не будем действовать сегодня, ничего из этого не будет.
    А каков ваш кризисный план? Вы просто видите, что динамика хорошая, и ждете выхода в ноль, или все же сокращаете расходы?
    Я урезал расходы по максимуму. К сожалению, сократил команды проектов. От многих статей расходов отказался. С дорогого газа перешел на теплонасосы, считаю каждую копейку.
    Все совсем сократить нельзя. Например, бизнес моей супруги — частная школа. Если она ее с 1 сентября не запустит, то к следующему 1 сентября в школе не будет ни учеников, ни учителей. Поэтому она записала ее в плановый убыток, но в нынешнем году запустит. Чтобы спасти саму школу. Иначе к следующему году останется одно здание.
    Мы только что ездили в Ирпень (город рядом с Бучей, по оценке мэрии, из-за российской оккупации там повреждено 50% города - ред.), говорили с секретарем местной Рады. Они сейчас занимаются, по сути, краудфандингом. Ездят в Европу, собирают деньги на восстановление города. Украинский бизнес тоже участвует в проектах восстановления самоуправлений?
    Кто имеет мощности, те точно участвуют. В этом ценность украинской культуры: когда плохо, все объединяются. Очень многие бизнесмены активно помогали во время войны. Но все-таки четыре месяца идут бои, и сам бизнес тоже сдулся. В первые месяцы мы помогали, покупали медикаменты, бесплатно отдавали лекарства, вещи, машины. Недавно наш фонд поставил 10 машин в Чернигов. Но мы тоже уменьшаемся.
    И задача мэров, чтобы туда (в самоуправления – прим. ред.) пришло производство и давало налоговые поступления. Мэр Ирпеня молодец, но краудфандинг — это краткосрочное решение, нужны меры, чтобы экономика росла.
    Вы говорили о том, как сокращаете расходы своих компаний. А как человек вы свои личные расходы сокращаете?
    Да, сильно. У меня, скажем, дом, в котором я живу, на газовом отоплении. Я газ сразу отключил, потому что он сильно подорожал, перешел на электричество. Два этажа отключил, в одном остаемся, 60% сэкономил. Раньше я летал чартерами, теперь бизнес-классом, а то и лоукостерами. И нормально себя чувствую.
    А машина у вас какая?
    Джип с двигателем внутреннего сгорания. Но есть и Tesla — я в основном сейчас ей пользуюсь ради экономии (хотя джип нравится больше). Время такое, что нужно считать каждую копейку.
    И все-таки, все не настолько плохо, чтобы закрывать производства и ждать лучших времен. Если все закрыть, потом можно и не восстановиться.

    С 18 по 21 июня «Деловые ведомости» и Äripäev освещают визит первой за время войны эстонской бизнес-делегации в Киев. Визит организован Эстонско-украинской торгово-промышленной палатой, и в нем принимают участие представители оборонного, медицинского, девелоперского, промышленного и банковского секторов, а также инвесторы.

    Наша делегация встретилась со многими чиновниками, и конечно же поднимался вопрос про коррупцию. Ответ обычно такой: «Ну теперь-то мы по-другому будем к этому относиться». Как вы думаете, действительно произойдет такой сдвиг в сознании?
    Мне бы хотелось, чтобы так было. Мои 30 лет опыта работы в стране подсказывают, что коррупция снизится. Но чтобы ее в Украине совсем искоренить? В это я не поверю. Коррупция — часть внутреннего мира нашего чиновника, и не только чиновника. Мы вышли из Советского Союза, и поэтому моя мама 85 лет, когда идет к врачу, все равно берет 200 гривен, и дает их врачу. И, что важно подчеркнуть, если врач не возьмет, моя мама обидится! Она же от чистого сердца! И не пойдет к нему следующий раз.
    Ну и мотивация. Когда заместитель губернатора или мэра получает 300 долларов в месяц, а у него трое детей, семья, машина... Такого просто не может быть. Лучше уж платить ему 3000. Многие вещи, связанные с коррупцией, завязаны именно на создание таких условий, в которых в коррупции не будет смысла. А быстро мы их не создадим.
    В общем, верю, что коррупция будет уходить, но не так быстро, как люди рассчитывают.
    Какие отрасли в Украине вам кажутся сегодня наиболее привлекательными для иностранных инвесторов?
    Переработка продуктов сельского хозяйства. У нас много аграриев, много пшеницы, кукурузы, но мы ее почти не перерабатываем. Производить из них продукцию и поставлять по миру — это была бы колоссальная вещь! Турция – вторая в мире страна по производству муки. А откуда там берется пшеница? Из Украины. И кукурузу мы можем поставлять не на вес тоннами, а уже в баночках или хлопьями.
    Сами в эту сферу собираетесь инвестировать?
    Нет, т. к. нет профильного управленческого ресурса. И так бизнеса много, дай Бог бы с ним управиться в это непростое время. Я и так что-то потеряю, а что-то уже закрыл. Свои дела доделать бы! Вот город, в котором мы с вами находимся, это рынок на 1 млн квадратных метров недвижимости. А построено всего 180 тысяч. То есть еще в шесть раз больше нужно построить. Представляете, какой это вызов? Так что я не берусь за все сразу.
    Какое напутствие инвесторам вы могли бы дать?
    Украина имеет огромное конкурентное преимущество. Да, не нужно спешить, война закончится, может год-два надо подождать... Но у нас прекрасная локация, у нас моря, у нас умные люди, у нас транзит. Мы можем производить любую продукцию для мировых рынков. Украина может дать 20-30% прибыли в валюте. Да, это страна больших рисков, но и колоссальных возможностей.
    Я только хочу порекомендовать бизнесменам, которые хотят работать в Украине, искать местных партнеров и тщательно проверять их деловую репутацию. Или идти в один из иностранных банков, который выдает кредиты украинским предпринимателям и годами проверяет их надежность, репутацию, и начинать работать с этими компаниями.

    «Деловые ведомости» и Äripäev освещают визит первой эстонской бизнес-делегации в Киев. Визит был организован Эстонско-украинской торгово-промышленной палатой, и в нем принимают участие представители оборонного, медицинского, девелоперского, промышленного и банковского секторов, а также инвесторы.

    Поделиться:
  • Самое читаемое
Статьи по теме

До введения полного эмбарго эстонские фирмы запаслись российской фанерой Однако в целом на импорт древесины война почти не повлияла
В последние месяцы среди эстонских деревообработчиков все чаще были слышны разговоры о том, что до введения полного эмбарго некоторые местные предприятия успели забить свои склады дешевой российской древесиной. Статистика Налогово-таможенного департамента не подтверждает это напрямую. Известно, однако, что объемы ввоза в Эстонию российской фанеры выросли в июне в четыре раза.
В последние месяцы среди эстонских деревообработчиков все чаще были слышны разговоры о том, что до введения полного эмбарго некоторые местные предприятия успели забить свои склады дешевой российской древесиной. Статистика Налогово-таможенного департамента не подтверждает это напрямую. Известно, однако, что объемы ввоза в Эстонию российской фанеры выросли в июне в четыре раза.
ОПЕК сократила прогноз роста спроса на нефть, МЭА – повысило
В четверг ОПЕК понизила прогноз спроса на нефть на 2022 год, что стало третьим снижением с апреля. В то же время Международное энергетическое агентство (МЭА) в четверг повысило прогноз спроса, пишет
В четверг ОПЕК понизила прогноз спроса на нефть на 2022 год, что стало третьим снижением с апреля. В то же время Международное энергетическое агентство (МЭА) в четверг повысило прогноз спроса, пишет
«Эстонским выпускникам легко себя "продать"», – за что подростки хвалят и почему ругают школы Таллинна
Эстонскую систему среднего образования принято считать одной из самых прогрессивных в Европе. Но что думают о ней сами школьники и гимназисты? Корреспонденты ДВ собрали мнения подростков о системе образования и их идеи по ее улучшению.
Эстонскую систему среднего образования принято считать одной из самых прогрессивных в Европе. Но что думают о ней сами школьники и гимназисты? Корреспонденты ДВ собрали мнения подростков о системе образования и их идеи по ее улучшению.
Ану Арновер: готов ли наш рынок недвижимости к «зеленой волне»?
Еще несколько лет назад термины «строительство» и «охрана окружающей среды» не считались связанными между собой, но ситуация меняется. Для разрешений на строительство, выданных после 2020 года, уже действует требование энергетического класса, а правовые акты Таксономии Европейского Союза, или устойчивых инвестиций, первый пакет которых вступил в силу в этом году, внесли многочисленные изменения в нашу экономику. Таксономия устанавливает четкие критерии оценки для определения того, какая отрасль экономики вносит важный вклад в достижение целей зеленого соглашения. Чего ожидать и к чему готовиться сектору недвижимости уже сегодня? На этот вопрос отвечает Ану Арновер, начальник отдела недвижимости сферы корпоративного банкинга SEB.
Еще несколько лет назад термины «строительство» и «охрана окружающей среды» не считались связанными между собой, но ситуация меняется. Для разрешений на строительство, выданных после 2020 года, уже действует требование энергетического класса, а правовые акты Таксономии Европейского Союза, или устойчивых инвестиций, первый пакет которых вступил в силу в этом году, внесли многочисленные изменения в нашу экономику. Таксономия устанавливает четкие критерии оценки для определения того, какая отрасль экономики вносит важный вклад в достижение целей зеленого соглашения. Чего ожидать и к чему готовиться сектору недвижимости уже сегодня? На этот вопрос отвечает Ану Арновер, начальник отдела недвижимости сферы корпоративного банкинга SEB.