Рийгикогу и робкая Европа

Главные модераторы Евросоюза Ангела Меркель и Эммануэль Макрон, конечно, осудили российские военные экзерсисы возле Керченского пролива, но при этом внимательно выслушали Владимира Путина, когда он объяснял «на пальцах» и чертил на подвернувшейся салфетке расстановку морских сил противоборствующих сторон.

Разумеется, они не поверили в версию про «наглую провокацию» Украины, потому что в отличие от России и в согласии с остальным мировым сообществом не считают Крым российским, а омывающие полуостров воды Чёрного моря – российскими территориальными водами.

Ну, представьте себе, что вас выставили из проходной комнаты вашей квартиры, а вашу попытку пройти через неё в то, что у вас осталось, объявляют провокацией! Впрочем, до Керченского пролива и Азовского моря, где, согласно российско-украинскому договору от 2003 года, действует специальный порядок совместного (и свободного!) пользования, военно-морская армада Украины в составе двух малых бронекатеров и одного рейдового буксира так и не дошла, остановленная доблестными российскими погранцами, под истошный мат в прямом эфире таранившими буксир супостата. И предпринял ли украинский президент Пётр Порошенко означенный шаг сознательно (может, да), в данной ситуации не имеет ровно никакого значения.

При этом имеет значение вырвавшееся у Путина во время пресс-конференции в Буэнос-Айресе фраза, в которой сквозила какая-то плотхо скрываемая пацанская обида: «Они стали удирать в нейтральные воды!» Иными словами, российский лидер таким манером подтвердил факт организованной погони за повернувшими обратно украинскими судами и обстрела их в нейтральных даже по российским понятиям водах.

Но вернёмся в Европу, которая, хоть и освобождается от «путинферштеерства», но на деле остаётся робкой. Разговоры о том, что имеющиеся санкции неизбежно скажутся в дальней, скажем, 10-15-летней, перспективе, по замечанию российского аналитика, доктора экономических наук Владислава Иноземцева, никого в руководстве России не трогают, поскольку там просто не думают на такую перспективу, там важно «здесь и сейчас», в крайнем случае, до 2024 года. Идти же дальше Европу не пускают меркантильные экономические интересы. Европейский бизнес, завязанный на российские нефть и газ, не готов рисковать своими удобствами. Но – до каких пор?